Ольга аккуратно запарковала свою троечку у здания школы. Она не имела ни малейшего представления, за что ее вызвали к директору. Тихий и послушный сын, мухи не обидит, в дневнике всегда четверки с пятерками... «И что он мог натворить?» — недоумевала тридцатилетняя женщина, ожидая, пока полностью поднимется складная жесткая крыша кабриолета. Наконец крыша полностью поднялась. Ольга быстро выскочила из машины и захлопнув дверь, нажала в центр ключа, на сине-белую эмблему БМВ. К ее удивлению характерного щелчка не последовало. «Проклятая машина! — подумала она, — Почему она в последнее время постоянно глючит? Что мне теперь закрывать двери ключом, как в Жигулях?» Ольга вспомнила об обещании мужа купить ей на день рождения новый автомобиль. Она уже несколько раз ненавязчиво намекала ему, что хочет — небольшой джип. Стильный и аккуратный — одним словом женский. Ауди или БМВ. Мерседесы ей почему-то не нравились. Кабинет директора находился на втором этаже. Миловидная женщина лет сорока жестом показала Ольге на кресло.  — Анна Викторовна, — представилась диретрисса.  — Ольга Сергеевна, — кивнула Ольга, усаживаясь в кресло, — Ну что ж, рассказывайте, что мой Коля натворил. Анна Викторовна начала рассказывать про проступок Ольгиного сына. Хотя проступком это можно было назвать с большой натяжкой — скорее просто конфузом. Восьмилетний мальчишка при всех описался.  — Я всё понимаю, — участливо сказала директрисса, — Даже дети постарше иногда мочат штанишки. Но у Вашего Коли это происходит чуть ли не каждый день.  — В первый раз об этом слышу, — удивилась Ольга, — Мы Колю конечно долго не могли отучить от памперсов — чуть ли не до пяти лет. Но потом никаких проблем с мокрыми штанишками не было.  — Сначала я решила не поднимать шума, чтобы не травмировать ребёнка, — сказала Анна Викторовна, — Просто отправили Колю к нашей медсестре, чтобы та одела ему памперс.  — Как это? — удивленно подняла брови Оля, — Он что у вас в школе целый день в памперсе ходит? Мне он ничего не рассказывал.  — Конечно он Вам ничего не рассказывает, — улыбнулась Анна Викторовна, — Восьмилетний ребёнок таких вещей уже стесняется.  — Наверное снимает памперс перед тем, как идти домой, — предположила Ольга, — Иначе я бы заметила у него под брюками толстый подгузник, когда забираю из школы.  — Я в-принципе не возражаю, что Ваш Коля носит в школе памперсы, — продолжила директрисса, — И наша медсестра, которая уже целый месяц ему эти подгузники меняет, тоже не жалуется. Но к сожалению не все обладают таким пониманием и терпением.  — Что Вы имеете в виду? — настороженно спросила Ольга.  — Вчера у нас возникли кое-какие осложнения, — вздохнула директрисса, — О памперсах Вашего сына каким-то образом узнала мама его одноклассника. Ольга неприятно поморщилась, услышав названную директриссой фамилию — она эту заносчивую особу на дух не выносила.  — Сами понимаете, — усмехнулась Анна Викторовна, — Ситуацию с памперсами долго в секрете не удержишь. Наверное ее сын увидел Вашего в туалете и конечно поделился новостью дома.  — А её-то какое дело? — возмутилась Ольга, — Чего ее Колины памперсы так волнуют?  — Не всё так просто, — усмехнулась директрисса, — Она мне такой вчера устроила скандал. И знаете, пришлось согласиться. Вы конечно в курсе, кто учится в нашей школе. Анна Викторовна назвала несколько известных фамилий.  — Между прочим, в одной параллели с Вашим, — добавила она, — Вы представляете, что будет, если это просочится в прессу? Дети очень влиятельных людей — без сомнения, будущие лидеры страны. И такие порядки в начальной школе. Я уже представляю заголовки. «Избалованная политическая элита — дети в восемь лет носят памперсы». Ольга молча слушала Анну Викторовну, пытаясь понять, к чему та клонит.  — Игнорировать проблему Вашего сына я больше не могу, — объявила директрисса, — Вам придётся заняться ей всерьез, если Вы хотите, чтобы Коля продолжал учиться в нашей школе.  — Наверное надо сводить к врачу, — задумчиво сказала Ольга, — Только непонятно к какому. Скорее всего к урологу.  — Я тут пока Вас ждала, решила порыскать по интернету, — заметила директрисса, — Оказывается, мокрые штанишки у детей постарше — не такая уж редкость, особенно в последнее время. Я даже нашла специализированную клинику, которая занимается как раз этим — недержанием и приучением к горшку детей постарше, как Ваш. Анна Викторовна нажала кнопку на лежащем перед ней ноутбуке и из угла кабинета послышалось тихое жужжание принтера.  — Давайте поступим следующим образом, — сказала она, сходив к принтеру за распечатанной страницей, — Вот Вам их адрес и телефон. Эта клиника или другая, только без справки от врача к нам в школу не возвращайтесь. Ольга молча взяла у директриссы лист. Разумеется она хотела, чтобы Коля продолжал учиться в этой элитной школе. «Придется сводить его в эту клинику» — подумала она, выходя из директорского кабинета. Позвонив в тот же день в клинику, Ольга записалась на приём — пока одна, без сына. Клиника находилась за городом, впрочем недалеко — километрах в десяти от кольцевой. Внешне трехэтажное здание ничем особенным не выделялось, хотя немного подозрительно смотрелся высоченный глухой забор. Поднявшись на третий этаж, Ольга нерешительно постучалась в дверь главврача.  — Ольга Сергеевна? — широко улыбнулась открывшая дверь симпатичная светловолосая женщина лет тридцати пяти.  — Ага, это я, — улыбнулась в ответ Ольга.  — Вера Андреевна, — представилась женщина, — Главврач. Ольга прошла вслед за главврачом в кабинет и уселась в кресло. Посвятив пару минут светской беседе о погоде, автомобильных пробках и ценах на жильё, Вера Андреевна перешла к делу.  — Сколько Вашему? Восемь? — спросила она, — И до сих пор писается? По ночам или днём?  — Последний раз Коля мочил постель в пятилетнем возрасте, — вспомнила Ольга.  — Значит всегда просыпается сухим? — уточнила главврач, — И как часто он у Вас мочит штаны?  — В школе сказали, что каждый день, — сообщила Ольга.  — Понятно, — сказала Вера Андреевна, — Похоже, что проблема в психике, а не физиологии. Мы как раз этим и занимаемся. Чаще всего встречается одна и та же ситуация. Давление окружающего мира, погоня за успехами и как следствие сильный стресс. Ваш наверное учится в какой-то специальной школе, да?  — Откуда Вы знаете? — настороженно спросила Ольга.  — У нас все такие, — улыбнулась Вера Андреевна, — Из хорошо обеспеченных семей. Учатся в дорогих частных школах. Разумеется, всё детство прошло в удобных импортных подгузниках. Кстати, в каком возрасте Вы отучили ребёнка от памперсов?  — Где-то в пять с половиной лет, — ответила Ольга.  — Я примерно такого ответа и ожидала, — усмехнулась Вера Андреевна, — Что ребенок ходил в памперсах чуть ли не до школы. Кстати не думайте, что он один такой. Я даже четырнадцатилетних подростков в памперсах видала. Впрочем большинство наших пациентов такие же, как Ваш — от шести до десяти лет.  — И какие у вас методы лечения? — поинтересовалась Ольга, — Наверное сеансы с психотерапевтом, гипноз?  — Разумеется, мы прибегаем к услугам психотерапевтов,...  — уклончиво ответила Вера Андреевна, — Не говоря уже о квалифицированных детских психологах. В остальном наш метод лечения довольно прост — мы возвращаем пациентов в раннее детство, чтобы восполнить упущенное родителями. Я имею в виду приучение к горшку. Ольга обиженно поджала губы, услышав очередной намёк на том, что она разбаловала сына.  — Надо, чтобы ребёнок заново пережил ясельный возраст, — продолжила главврач, — Но в этот раз без удобных импортных подгузников. Чтобы он узнал, что в отличие от беззаботного детства в памперсах бывает и другое, не столь комфортное. Понимаете о чём я? Нужно поставить в сознании мощный эмоциональный блок, чтобы ребенку больше не хотелось убежать от проблем и вернуться в комфортное раннее детство.  — Клин клином вышибают? — усмехнулась Ольга.  — Совершенно верно, — улыбнулась Вера Андреевна, — В остальном наша клиника ничем не отличается от курортного детского санатория. Четырехразовое питание, оздоровительные и закаливающие процедуры, заботливый персонал... Главврач что-то набрала на клавиатуре стоящего перед компьютера.  — В данный момент у нас нет мест, — с улыбкой извинилась она, — Сейчас посмотрю, кого мы выписываем в эти выходные. Ага, троих. Значит в понедельник сможем принять Вашего.  — Хорошо, — кивнула Ольга.  — Курс лечения обычно занимает две недели, — продолжила Вера Андреевна, — Причем одним из главных условий пребывания в клинике является полная изоляция от окружающего мира. Звонить ребёнку и тем более навещать его в течение недели категорически запрещено. Визиты родителей у нас только по воскресеньям. Выписка из клиники разумеется тоже в родительский день.  — Значит забрать от вас ребенка можно будет только через неделю? — спросила Ольга.  — Если будет прогресс, сможете забрать, — ответила главврач, — Но обычно все остаются еще на неделю, а некоторые на две. Вера Андреевна снова начала стучать по клавиатуре.  — Оплата у нас тоже понедельная, — сообщила главврач и назвала сумму.  — Не вопрос, — улыбнулась Ольга, — Нужно заплатить сейчас?  — Можете сделать это в понедельник, когда привезете ребенка, — сказала Вера Андреевна, — Заплатите за первую неделю, а там посмотрим. Ольга встала с кресла.  — Тогда до понедельника, — сказала она, — Надеюсь мой Коля не будет у вас сильно капризничать.  — Ну что Вы, — улыбнулась Вера Андреевна, — Все быстро привыкают. По-деловому пожав главврачу руку, Ольга вышла из кабинета. У нее осталось хорошое впечатление от клиники. Солидный фасад, квалифицированные специалисты, заботливый персонал — можно было не бояться отдавать сюда ребёнка. Цены немножко кусались, впрочем клиника конечно того стоила. Закрыв за посетительницей дверь, Вера Андреевна довольно улыбнулась — презентация клиники прошла на ура. С клиенткой всё было ясно — типичная новая русская. Даже не моргнула, когда главврач назвала ей сумму оплаты. Такие сюда обычно и обращались — чтобы отучить своих избалованных детей от памперсов. «Психотерапевтов ей подавай, — с улыбкой подумала Вера Андреевна, — Какие психотерапевты? Какой гипноз? Всё, что нужно ребёнку в этой ситуации — это дисциплина». Раздумья главврача прервал телефонный звонок.  — Кто пришёл? — удивлённо спросила Вера Андреевна, подняв трубку, — Устраиваться на работу? Ах, да! Как же я забыла, что мы давали объявление. Пускай сразу поднимаются ко мне. Через пару минут в дверь главврача робко постучали. Открыв дверь, Вера Андреевна впустила в кабинет трёх девушек — по виду типичных старшеклассниц.  — Присаживайтесь, — сказала главврач, показывая на кресла, — Вы по объявлению, да?  — Ага, — кивнула одна из девушек, протянув Вере Андреевне газету.  — Всё верно, — улыбнулась главврач, — Это и есть та самая специализированная детская клиника, которой требуются нянечки.  — А почему Вы написали, что «предпочтение отдаётся ученицам старших классов»? — поинтересовалась другая девушка.  — Просто помню себя в вашем возрасте, — объяснила Вера Андреевна, — Немного в те времена было источников заработка. А так хотелось финансовой самостоятельности. Вот и решила потихоньку помогать подрастающему поколению. Главврач уселась за стол.  — Ну что ж, давайте знакомиться, — сказала она, — Меня зовут Вера Андреевна и я, как вы поняли, тут самая главная.  — Настя, Лена, Оксана, — представились девушки.  — В каком вы классе? — с улыбкой спросила Вера Андреевна, — В десятом или в одинадцатом?  — В десятом, — ответила Оксана.  — Наверное лучше сразу назвать зарплату, — решила главврач и назвала сумму.  — Ого! — вырвалось у Насти. По довольным улыбкам всех троих было видно, что названная сумма им очень понравилась.  — Теперь поговорим о клинике, — продолжила Вера Андреевна, — Прежде чем я расскажу о нашей специализации и методах лечения, хочу вас сразу предупредить, что мы занимаемся довольно деликатными вещами. Не говоря уже о том, что наше лечение не каждый может себе позволить. Поэтому... — главврач сделала многозначительную паузу, — Вы должны представлять, кто наши пациенты — дети очень богатых и влиятельных людей. Старшеклассницы непонимающе уставились на главврача.  — Это я к тому, что о происходящем у нас вы не должны никому рассказывать, — объяснила Вера Андреевна, — Ни друзьям, ни родителям. Договорились? Девушки дружно кивнули. У всех троих были заинтригованные и немножко испуганные лица.  — Вот и хорошо, — сказала главврач и достала из ящика стола стопку бумаг, — Поэтому, если хотите у нас работать, вам нужно дать подписку о неразглашении врачебной тайны. Подождав, пока девушки заполнят и подпишут протянутые им бумаги, Вера Андреевна начала рассказывать, чем занимается клиника. Поначалу старшеклассницы тихонько хихикали, слушая о мокрых штанишках и возвращении в детство, но постепенно к ним вернулась серьезность.  — Значит, у вас тут ясли-сад для больших детей и мы в нём будем работать нянечками? — уточнила Лена.  — Абсолютно верно, — подтвердила главврач, — Ну что, подходит вам такая работа?  — Было бы интересно попробовать, — сказала Настя.  — Наша главная задача — отучить ребёнка от памперсов, — пояснила Вера Андреевна, — Приводят к нам в основном детей младшего школьного возраста. Сами понимаете, пока ребенок не пошел в школу, родители относятся к памперсам довольно снисходительно. И только в первом классе... хорошо еще, если в первом... начинают бить тревогу. Каждый случай — довольно запущенный. Не говоря уже о том, что сами дети — донельзя разбалованные.  — Еще бы, — согласилась Оксана, — Если к вам обращаются одни новые русские. Конечно у них разбалованные дети.  — Вот и представьте, каково нам с ними, — вздохнула главврач, — Как отучить от памперсов ребёнка, после того, как он провел в них по крайней мере шесть лет. Девушки продолжали заинтересованно слушать Веру Андреевну.  — Даже не знаю, как вам всё объяснить, не прибегая к психологическим терминам, — улыбнулась она, — Про эксперименты профессора Павлова в учебнике по биологии читали?  — Это те, что с собаками? — неуверенно ... спросила Настя.  — Правильно, — кивнула Вера Андреевна, — Положительная и отрицательная стимуляция.  — Принцип кнута и пряника, — заметила Настя.  — Эффективность пряника в нашей ситуации почти нулевая, — пояснила главврач, — Конфету что-ли давать за то, что сам сходил в туалет? Старшеклассницы дружно засмеялись.  — Правда смешно? — улыбнулась Вера Андреевна, — Никто за конфеты в туалет ходить не будет. Остается только кнут. У вас есть какие-то предложения? Что можно использовать в качестве «кнута»?  — Стыд? — неуверенно предложила Настя.  — Какая молодчина! — похвалила девушку главврач, — Быстро всё сечёшь. А теперь скажите мне, что вы вообще знаете о памперсах. Представьте себя маленькими. Почему бы вы носили памперсы?.  — В них комфортно, даже если описаться, — сказала Лена.  — Молодец, — кивнула главврач, — Первое — это комфорт. Что еще?  — Еще никто не видит, что ребёнок мокрый, если он описался, — добавила Оксана.  — А еще? — не унималась Вера Андреевна, — Что у памперсов самое главное? Ну? Сдаётетсь? Девушки продолжали молчать.  — Памперс избавляет от необходимости терпеть позывы по-маленькому и по-большому, — торжествующе объявила Вера Андреевна, — Туда можно писать и какать, когда захочешь.  — Точно, — с улыбкой согласилась Настя, — Не надо терпеть.  — На это мы и делаем основной упор, — сказала главврач, — Заставляем ребёнка терпеть, когда ему хочется в туалет, чтобы тренировать силу воли. Одной из ваших задач, как нянечек, будет постоянно создавать ситуации, когда ребенок должен терпеть позывы по-маленькому и по-большому из-за страха прилюдно описаться или обкакаться. Вера Андреевна сделала паузу, поправив тонкие профессорские очки.  — А если ребенок описается или наложит кучу в штанишки, его нужно за это при всех дразнить и стыдить, — добавила она, — Чтобы чувство стыда навсегда отпечаталось у него в памяти. Чтобы каждый раз, когда ему захочется в туалет, он сразу вспоминал, что бывает с теми, кто мочит штанишки. Девушки понимающе заулыбались.  — Ну что, понятно, как мы работаем? — спросила Вера Андреевна.  — Конечно понятно, — ответила Настя, — Вот только посмотреть бы, как вы все делаете.  — Не беспокойтесь, вас всему научат, — усмехнулась главврач, — Сначала у вас целую неделю будет практика. Будете наблюдать, учиться и потихоньку помогать нашим нянечкам. Я бы хотела начать все с понедельника. Сможете придти?  — Я точно смогу, — ответила Настя, — Утром?  — Часов в девять, — сказала Вера Андреевна. Остальные старшеклассницы тоже сказали, что придут в следующий понедельник к девяти. Попрощавшись с девушками, главврач посмотрела на часы. Подходил к концу очередной рабочий день. «Пора собираться домой» — подумала Вера Андреевна. В понедельник Ольга, как и договаривалась, привезла сына в клинику. В детали лечения она разумеется не вдавалась, чтобы избежать детской истерики. Впрочем одного упоминания, что он остается в клинике на неделю, было достаточно, чтобы вызвать у мальчишки слёзы. Ольге было жалко сына, но она понимала, что сама, без профессиональной медицинской помощи, еще долго не отучит Колю от памперсов.  — Пожалуйста постарайся хорошо себя вести, — сказала Ольга сыну после короткого прощания в приемном отделении клиники, — И сейчас тоже не надо капризничать. Коля обиженно промолчал, сдерживаясь изо всех сил, чтобы не не заплакать. Заметив, что вошедшая в комнату юная девушка в белом халате сразу направилась к ребенку, Ольга быстро обняла и поцеловала сына.  — Побудешь здесь неделю и я тебя заберу, — сказала она.  — Ну что, пойдём? — улыбнулась девушка в белом халате, взяв Колю за руку. Ольга протянула девушке большую сумку с Колиной одеждой и личными вещами.  — Извините, но мы не разрешаем ничего домашнего, — с виноватой улыбкой отказалась девушка, — У нас своя одежда и гигиенические принадлежности. Девушка увлекла Колю за собой в другую комнату. Мальчишка недоумевал, кем она здесь работает. Несмотря на белый халат и серьезное лицо пятнадцати-шестнадцатилетней девушке еще рано было работать медсестрой.  — Посиди пока здесь, — сказала девушка, оставив Колю в небольшой комнате, заставленной несколькими рядами стульев. Коля нерешительно сел на краешек стула. В комнате было еще двое мальчишек — тоже младшего школьного возраста. Оба сидели в противоположных углах, смущенно уставившись в пол. Внимательно присмотревшись к мальчикам, Коля заметил, что у обоих под джинсами были памперсы.  — Что расселись по углам? — громко спросила вошедшая в комнату другая девушка в белом халате, — Быстренько садитесь сюда, в первый ряд! В отличие от предыдущей девушки, которая забрала Колю у мамы, эта не казалась старшеклассницей, хотя была наверное всего на пару лет ее старше. Коля принялся украдкой разглядывать девушку: светлые волосы, собранные сзади в длинный хвост, маленький курносый носик и решительный взгляд больших серых глаз. На вид ей было лет восемнадцать-девятнадцать.  — Вы что не слышали, что я вам сказала? — повысила голос девушка, — Быстро идите сюда! Все трое! Мальчишки нехотя подошли к девушке.  — Не знаю, что вам позволяют дома родители, — строго начала девушка, — Только здесь мы вас быстро научим слушаться! Можете садиться! Дети послушно сели на стулья. У всех троих были немного испуганные лица. Довольная произведенным эффектом, девушка начала свою речь.  — Добро пожаловать в клинику мокрых штанишек! — улыбнулась она, — Меня зовут тётя Надя и я работаю тут старшей процедурной медсестрой. «Вот еще, называть ее тётей» — с обидой подумал Коля.  — Кстати, у нас всех взрослых положено называть или по имени-отчеству или «тётями», — пояснила Надя, словно читая Колины мысли, — Независимо от возраста. Почти все наши нянечки — ученицы десятых и одинадцатых классов. Но вы к ним тоже будете обращаться как к «тётям»! Понятно? Трое испуганных мальчишек молча кивнули.  — Не слышу! — повысила голос Надя.  — Понятно, — тихонько промямлил Коля и вслед за ним остальные мальчики.  — Неправильный ответ! — сказала девушка, — Понятно, тётя Надя! Быстренько повторили! Громко и чётко.  — Понятно, тётя Надя! — хором сказали мальчики.  — Так-то лучше, — усмехнулась Надя, — Сейчас я вам объясню все наши правила. Во-первых, сразу забудьте, что это клиника. Для вас это будет обычный детский садик. Единственное отличие от садиков, куда вы ходили до школы — это то, что у нас всё раздельно для мальчиков и девочек. Коля подумал, что никогда не ходил ни в ясли, ни в садик. За ним до шести лет присматривала специально нанятая няня.  — В остальном у нас всё как в детском садике, — продолжила Надя, — Три группы — старшая, ясельная и грудная. Ну что? Кто помнит детский садик? Кто мне расскажет, чем старшая группа отличается от ясельной? Мальчишки молчали, смущенно уставившись в пол. Коля не мог понять, куда клонит девушка. «Какие ясли? — подумал он, — Она что забыла, что все сидящие перед ней учатся как минимум во втором классе?»  — Отличия между группами нашего садика в-основном касаются туалета, — начала ... объяснять Надя, — В старшей группе он есть, а в ясельной туалета нет — там только горшки. И наконец у малышей грудного возраста нет даже горшков — они всё делают себе в подгузник. Не говоря уже о том, что нашим «грудничкам» не положено нормальной одежды — даже детской. Их вместо этого пеленают. Упоминание о пеленках еще больше смутило Колю. «Что в этой клинике делают грудные малыши?» — подумал мальчишка. Верить в то, что здесь пеленают восьмилетних, как он, Коля до сих пор отказывался.  — Ну что, запомнили? — спросила Надя, — В старшей группе туалет, в ясельной горшки, а у грудничков — пелёнки. Куда кого отправить, мы решаем утром. В зависимости от поведения, опрятности и других вещей. Обычно всё распределяется поровну между старшей и ясельной группами. Неожиданно слова девушки начали приобретать смысл, подтвердив самые худшие Колины опасения. Никаких малышей в клинике не было. Роль малыша предстояло играть ему.  — Но если вас с утра отправили в определенную группу, это не значит, что вы там проведете весь день — заметила Надя, — . Тех, кто хорошо себя ведёт, мы в течение дня переводим в высшую группу, а за проступки наказываем понижением группы. Особенно за мокрые штанишки. За такое из старшей группы сразу переводят в ясельную. А если кто-то из вас и там умудрится описаться, то тогда его переведут к грудным. Понятно? На этот раз Надя не стала требовать от детей, чтобы они громко повторили, что им понятно.  — Теперь о памперсах, — сказала Надя, строго посмотрев на сидящих справа от Коли мальчишек, — Да, да! Я вас двоих имею ввиду. Как будто мне не видно, что у вас одето под джинсами. Коля повернулся к сидящим рядом сним мальчишкам. У обоих пылали от стыда щёки.  — Одноразовых подгузников у нас не положено носить никому! — заявила девушка,. — Даже «грудничкам». Нянечки в грудной группе пользуются во время пеленания обычной марлей. Надя вплотную подошла к двум мальчикам в памперсах. Те испуганно уставились на медсестру снизу вверх.  — Быстренько встали! — приказала девушка. Оба мальчика вскочили со стульев. Наклонившись к одному из них, Надя принялась бесцеремонно расстегивать мальчишке джинсы. Под ними действительно оказался белый одноразовый подгузник.  — Какой у нас памперс, — улыбнулась девушка, ощупывая подгузник красного от смущения мальчишки, — Быстренько признавайся — ты часто туда писаешь? Ну что молчишь? Отвечай, когда тебя спрашивают! Мальчишка отрицательно замотал головой.  — Что, никогда-никогда не писал в подгузник? — засмеялась Надя, продолжая щупать между ног стесняющегося восьмилетнего мальчишку, — Зачем же тебе тогда одели памперс? Кстати, не мешает проверить, в каком он у тебя сейчас состоянии. Надя залезла ладонью под памперс, заставив мальчишку еще больше покраснеть.  — Сухой, — немного удивленно сказала она, — Значит писать в памперс тебе не нравится. Зачем он тебе тогда нужен? Чтобы ходить туда по-большому? Вытащив руку из памперса, Надя быстро расстегнула липучки и не дав мальчишке опомниться, освободила его от подгузника. Заметив, что девушка с улыбкой разглядывает его между ног, мальчик смущенно прикрылся ладошками.  — Какие мы стеснительные! — засмеялась Надя, насильно разводя руки ребёнка в стороны, — Как будто я никогда не видела голеньких мальчиков! Девушка натянула мальчишке джинсы и тот начал впопыхах их застёгивать.  — Теперь ты! — позвала она второго мальчика. Мальчишка неохотно подошел к девушке и та быстро спустила ему до колен джинсы. Оказавшийся под ними пухлый подгузник не оставлял сомнений, что мальчик уже успел туда пописать.  — Какой мокрый? — неодобрительно покачала головой Надя, щупая ребёнку памперс, — Ты почему описался? Мальчишка смущенно молчал.  — Сколько тебе лет? — спросила Надя мальчика.  — Девять, — стеснительно пролепетал тот.  — Наверное уже в четвертый класс ходишь, да? — поинтересовалась девушка. Мальчик еле заметно кивнул.  — И до сих пор писаешь в штанишки! — продолжила Надя, — Не стыдно в девять лет носить памперсы? Таким, как ты, самое место в яслях, а не в школе. Поэтому сейчас ты туда и отправишься — в нашу ясельную группу. Осторожно сняв с мальчика мокрый памперс, Надя положила его на пол. Как и предыдущий мальчишка, этот тоже смущенно прикрылся ладонями между ног.  — Писать в подгузник мы не стесняемся, а постоять без трусиков не можем, — язвительно улыбнулась Надя, разнимая мальчику руки, — Чтобы не смел больше прикрываться! Маленькие дети не должны стесняться взрослых. Надя снова принялась отчитывать ребёнка за мокрый подгузник. Вынужденному стоять перед ней без трусов мальчишке хотелось провалиться под землю от смущения.  — У нас нет памперсов, — добавила Надя под конец своей нравоучительной лекции, — . Если ты тут описаешься, всем всё сразу будет видно. Красный от смущения мальчишка потянулся рукой к своим спущенным до колен джинсам.  — Это еще что такое! — повысила голос Надя, шлёпнув мальчика по руке, — Кто тебе разрешил одеваться? Забыл, что тебя только что определили в ясельную группу? Ясельные малыши не умеют сами одеваться. Они ждут, когда их оденет кто-то из взрослых. У стоящего перед Настей мальчишки было такое обиженное выражение лица, что казалось, он вот-вот заплачет..  — Придётся наказать тебя за то, что без разрешения начал одеваться, — сказала медсестра. Надя извлекла из кармана халата небольшую коробочку.  — У нас, процедурных медсестёр, свои наказания, — улыбнулась она и вытащив из коробки маленькую белую палочку, продемонстрировала ее стоящему со спущенными джинсами мальчишке, — Знаешь, что это такое? Испуганный мальчик отрицательно мотнул головой.  — Сейчас узнаешь! — усмехнулась Надя, — А ну-ка нагнись! Надя нагнула ребенка вперед и заставила его слегка согнуть ноги в коленях.  — Ножки пошире, вот так! — приказала она, — И пожалуйста не надо напрягаться и сжимать попу. Тебе от этого только больнее будет. Девушка залезла рукой мальчку между ног и нащупав пальцами округлую детскую мошонку, начала легонько ее щекотать.  — Как мы боимся щекотки! — засмеялась она. Загарцевав на месте, мальчишка на мгновение расслабился и тут же почувствовал, как что-то быстро скользнуло ему в попу.  — Стой спокойно! — прикрикнула на ребёнка Надя, поглубже запихивая ему в попу слабительную свечку, — Ну вот и всё. Обиженный мальчишка не выдержал и громко заревел.  — Какой рёва, — ласково улыбнулась Надя, хотя в ее голосе звучала насмешка, — Я знаю, что малышу нужно — соска. Не беспокойся, тебе ее в ясельной группе сразу дадут.  — В попе щипет, — продолжал хныкать девятилетний мальчик.  — Терпи! — сказала Надя, — И не забудь, что теперь у тебя нет памперса. Ты же не хочешь накакать в эти джинсы, правда? Что мама скажет, когда будет их стирать? Взяв хныкающего ребёнка за руку, Надя повернулась к двум остальным.  — Идите за мной! — сказала она мальчикам. Коля нехотя встал и направился к девушке.  — Сейчас отведу вас в кабинет врача, — сказала Надя, — У нас всем сперва положено пройти полный медосмотр. Кабинет врача находился совсем рядом — тоже на первом этаже. Мальчики нерешительно зашли вслед за Надей вовнутрь.  — Это ... новенькие? — спросила из глубины кабинета женщина лет тридцати, — Мы их уже заждались. Коля догадался, что сидящая за столом женщина в белом халате была врачом.  — Ирина Васильевна, — представила женщину Надя, — Наш детский врач.  — А это Таня и Катя — с улыбкой показала врач на стоящих рядом девушек в белых халатах, — Мои медсёстры.  — Тётя Таня и тётя Катя, — поправила Надя, обращаясь к мальчикам. Таня с Катей казались немного старше Нади. Таня была во много похожа на Надю, как будто приходилась ей старшей сестрой. У нее был такой же курносый нос и огромные серые глазищи. Правда волосы были заметно темнее — тёмно-русые. И вместо хвоста свободно спадали на плечи. Зеленоглазая Катя была заметно ниже Тани. Ее отличали короткая стрижка огненно-рыжих волос и смешные веснушки. Впрочем было и сходство с остальными девушками — такой же вздёрнутый носик, как у Тани с Надей.  — Разувайтесь и раздевайтесь! — скомандовала Таня, подойдя к мальчикам. Трое мальчишек начали раздеваться. Вскоре они стояли перед медсестрой без рубашек. Брюки, разумеется, никто снимать не хотел.  — Ну что остановились? — прикрикнула на детей Таня, — Раздевайтесь дальше. Брюки, носки и всё остальное. Мальчишки неохотно сняли брюки. По крайней мере у Коли под ними были трусы. У двух остальных под джинсами ничего не было, потому что Надя забрала у них памперсы.  — Смотри, Кать! — со смехом позвала вторую медсестру Таня, — Интересно, почему эти двое без трусиков?  — У них вместо трусиков были памперсы, — объяснила Надя, — Я забрала.  — Понятно, — улыбнулась Таня и неожиданно повернулась к Коле, который только что снял носки, — А ты чего стоишь в трусиках? Быстренько их тоже снимай! Коля смущенно уставился в пол, не представляя, как раздеваться перед незнакомыми девушками догола.  — Не слышал, что я тебе сказала? — повысила голос Таня, — Быстро снимай трусы! Таня подошла к Коле и, присев перед ним на корточки, насильно спустила мальчику трусы, а потом и вовсе их сняла. Густо покраснев, мальчишка смущенно прикрылся ладошками между ног.  — Нет, вы только на это посмотрите! — засмеялась Таня, — Какие мы стеснительные! Медсестра мягко разняла Колины руки.  — Не надо от меня прикрываться, — сказала она, с улыбкой рассматривая Колю между ног, — Маленький ребёнок не должны стесняться стоять голышом.  — Я не маленький! — огрызнулся Коля, чуть не плача от обиды.  — А какой, большой? — засмеялась стоящая рядом Надя, — Почему ты тогда до сих пор писаешь в штанишки? Девушки дружно засмеялись, заставив Колю еще больше покраснеть.  — Руки по швам! — приказала Надя Коле, — Вот так и держи. К вам двоим это тоже относится. Прекратив прикрываться и вытянув руки по швам, трое мальчишек испуганно уставились на медсестру.  — Еще раз повторяю, — строго сказала Надя, — Вас приняли в специальный детский садик. А детсадовских малышей положено осматривать голенькими. Надя начала собирать с пола брошенную мальчиками одежду.  — Домашняя одежда вам еще долго не понадобится, — заметила она, — У нас всё своё — бельё, одежда и обувь. Собрав всю детскую одежду, Надя кивком попрощалась с врачом и вышла из кабинета.  — Ну что? С кого начнём? — улыбнулась Таня и подошла к самому крайнему мальчику, — Как тебя зовут?  — Алёша, — смущенно ответил мальчик.  — Сколько тебе? — поинтересовалась у Алёши Таня, — Восемь?  — Девять, — ответил мальчик.  — И до сих пор писаешь в штанишки? — улыбнулась Таня, — Или это не ты? Это вот этот маленький писюнчик во всём виноват? Медсестра приподняла пальцами тонкую мальчишечью письку и засмеялась. Красный как рак, девятилетний Алёша не знал, куда деться от смущения.  — Плохой писюнчик! — продолжала дразнить стесняющегося мальчика медсестра, — Мочит Алёшины штанишки.  — И долго ты собралась ругать его письку? — прикрикнула на Таню врач, — Забыла, что надо делать с ребёнком? Ставь его на весы. Таня взяла Алёшу за руку и подвела к большим белым весам.  — Становись сюда, — сказала она. Мальчик встал на весы и медсестра начала двигать гирьки.  — Стой спокойно! — прикрикнула на Алёшу Таня, — Чего ты переминаешься с ноги на ногу? Ты что хочешь писать? Или по-большому? Алёша густо покраснел. Ему уже давно сильно хотелось какать — разумеется от вставленной в попу слабительной свечки.  — У нас есть горшок, — заметила Таня.  — Не надо, — смущенно выдавил Алёша, по-прежнему стесняяссь признаться, что хочет по-большому.  — Как хочешь, — пожала плечами Таня, — Мы тебя насильно заставлять не собираемся. Таня снова начала двигать гирьки.  — Ого! — улыбнулась она, записывая Алёшин вес в медицинскую карточку, — Хорошо ты, Алёша, у мамы кушаешь. Сразу после взвешивания Таня подвела Алёшу к одному из больших квадратных столов. Наблюдая, как медсестра помогает мальчику влезть наверх, Коля пытался вспомнить, где он видел такие столы, застеленные ватным одеялом и клеенкой. Неожиданно мальчик вспомнил — такие столы были в детской поликлинике. Там эти квадратные столы были на каждом углу, не говоря уже о кабинете участкового врача. Обычно врач возилась на том столе с малышами ясельного возраста. Детей постарше, как Коля, осматривали по-взрослому — на кушетке. Оглянувшись по сторонам в поисках медицинской кушетки, Коля с удивлением отметил, что она в этом кабинете отсутствовала. «Сначала раздели догола, потом ставят, как двухлетних, для осмотра на стол» — обиженно подумал Коля. В этой ужасной клинике со всеми действительно обращались как с малышами.  — Ну что? — оторвалась от своих бумаг врач, — Уже поставила ребёнка на пеленальный стол? Врач направилась к стоящему на столе голенькому мальчику, на ходу одевая фонедоскоп.  — Повернись ко мне спинкой, — попросила она Алёшу, — Сейчас я тебя послушаю. Послушав ребёнку спину и грудь, врач достала откуда-то снизу специальную ложку и проверила Алёше горло. После этого она начала щупать мальчику живот. Голенький мальчишка заметно стеснялся, особенно когда врач спустилась пальцами пониже.  — Ты что недавно описался? — поинтересовалась она, приподняв пальцами тонкую детскую письку. Девятилетний мальчишка промолчал, еще больше покраснев.  — Ложись на спинку, — попросила врач, — Надо осмотреть тебя между ножек. Так и опрелостям недолго появиться, если ты постоянно ходишь мокрый. Врач помогла мальчику улечься на спину и принялась изучать его между ног. Особое внимание она уделяла маленькой Алёшиной письке. Было видно, что мальчику эти манипуляции очень не нравились.  — Странно, — нахмурилась врач, — У девятилетнего уже кожица должна полностью оттягиваться. Как в его детской поликлинике такое упустили? Ничего, наши процедурные медсестры это быстро исправят. Врач продолжила щупать голенькому мальчику письку.  — А какое всё грязное, — сказала она и, открыв ящик стола, извлекла оттуда коробку с маленькими ватными палочками. Коля вспомнил, что такими палочками обычно чистят уши.  — Можешь их намочить под струёй воды? — попросила врач стоящую рядом Таню, протягивая той две палочки,...  — Раз у мальчишке не оттягивается кожица, придется мыть ему письку этими палочками, как годовалому. Таня сходила к раковине и намочила ватные палочки.  — Мда, — вздохнула врач, склонившись над голеньким мальчишкой, — Похоже Алёшина мама понятия не имеет о гигиенических процедурах для мальчиков. Лежащий на столе Алёша неожиданно начал ерзать и вырываться.  — Подержи мальчишку, чтобы он мне не мешал, — попросила врач Таню. Подождав, пока медсестра вытянет Алёшу за руки и ноги, врач возобновила манипуляции с детской писькой.  — Лежи спокойно! — прикрикнула на ребёнка врач, — Должна же я помыть тебе под кожицей, раз твоя мама этого не делает. Она что никогда не моет тебе письку во время купания? Кстати, как часто тебя купают? Сомневаюсь, что каждый день.  — А что, таких больших тоже положено купать каждый день? — поинтересовалась Таня.  — Конечно, — сказала врач, — Или купать, или подмывать между ножек. Нужно тщательно мыть мальчикам все их маленькие приборчики. Просто поражаюсь, какие сейчас безответственные родители. Взяв вторую палочку, врач снова начала возиться с Алёшиной писькой.  — Потерпи, — улыбнулась она мальчику, — Надо помыть тебе писюнчик, иначе не получится анализ мочи. Представив, что ему тоже предстоит подобная процедура, Коля густо покраснел. Даже в детской поликлинике с ним никогда не проделывали ничего подобного.  — Ну вот, помыли Алёше писюнчик, — улыбнулась врач, махнув Тане, чтобы та отпустила ребёнка. В следующую секунду врач рывком задрала Алёшины ноги вверх.  — Сейчас посмотрим, в каком состоянии у тебя попа, — сказала она. Врач принялась щупать голенькому мальчику попу.  — Небольшое раздражение вот тут, — показала она Тане.  — Вот это красное пятнышко за яичками? — спросила Таня, в свою очередь пощупав Алёшу между ног.  — Надо будет сказать нянечкам, чтобы мазали два раза в день детским кремом от опрелостей, — сказала врач, продолжая щупать Алёше мошонку. Ощупав каждый уголок у мальчика между ног, врач опустила их вниз.  — Остались только замеры и анализы, — сказала она, обращаясь к медсестрам, — Кто из вас хочет им заняться?  — Давайте я, — вызвалась Таня.  — Хорошо, — согласилась врач, — А ты, Катя, готовь следующего. Катя подошла к Коле и взяла его за руку.  — Пошли взвешиваться, — сказала медсестра.  — Это у нас кто? — улыбнулась врач, — Сережа или Коля?  — Коля! — отозвался мальчик. Стоя на весах, Коля испуганно косился на возившуюся с Алёшей Таню, зная, что его ожидают те же неприятные манипуляции.  — Забирайся на второй стол! — приказала Катя после того, как взвесила Колю. Коля залез на стол.  — Ирина Васильевна! — позвала врача Катя, — Второй мальчишка готов.  — Сейчас иду! — отозвалась врач, по-прежнему занятая своими непонятными бумагами. Вторая медсестра — Таня — тем временем вытащила из ящика своего стола высокую банку с ватными палочками. Коля сразу догадался об их предназнчении — Таня собиралась сделать Алёше мазок.  — Займёмся анализами, — объявила она, доставая из банки ватную палочку. Таня быстро задрала Алёше ноги. Догадавшись, какая ему сейчас предстоит процедура, мальчишка начал дрыгать ногами и вырываться.  — А ну быстро успокоился! — повысила голос Таня и еще сильнее задрала мальчику ноги — так, что Алёшины коленки оказались прижаты к груди. Теперь, когда ягодицы лежащего голышом мальчика были широко раскрыты, ничто не могло помешать медсестре делать процедуру. Улучшив момент, она быстро всунула в детскую попу ватную палочку.  — Вот так! — довольно улыбнулась Таня, — Полежи немного с мазком в попе. Чтобы в следующий раз не сопротивлялся.  — Смотри, как карапуз выталкивает мазок наружу, — дернула Таню за рукав Катя.  — Действительно выталкивает, — согласилась Таня, поглубже запихнув палочку Алёше в попу.  — Как будто не знаете, что это означает! — с улыбкой заметила врач, подходя к Алёшиному пеленальному столу.  — Хотите сказать, что мальчишка сейчас наложит кучу? — догадалась Таня, — Сразу же после мазка?  — А вы что ни разу этого не видели? — улынулась врач, — Как малыши какают после мазка или ректального термометра.  — Так это только груднички до года, — заметила Катя, — А этот уже в четвертый класс ходит.  — Тоже мне нашла большого, — со смехом фыркнула Таня, — Если мальчишка до сих пор мочит памперсы, он нам всё, что угодно может устроить.  — Подложи ребенку под попу марлю, — попросила Таню врач, — На всякий случай. Таня вытащила откуда-то снизу большой кусок марли и сложив из нее аккуратный квадрат, запихнула его под Алёшину голую попу.  — Ну что, готовы? — хитро подмигнула медсестра стоящим рядом Ирине Васильевне с Катей и буквально выдернула ватную палочку из Алёшиной попы. Врач оказалась права, потому что мальчик тут же громко наложил кучу на предусмотрительно подложенную ему под попу марлю.  — Действительно покакал, — удивлённо сказала Катя, которая конечно понятия не имела, что пять минут назад Надя вставила Алёше в попу слабительную свечку.  — Ну что? — засмеялась Таня, торжествующе посмотрев на Катю, — Только груднички так делают? Посмотри, какую мальчишка наложил кучу. Надо было с тобой поспорить. Громко заревев от обиды, что его в очередной раз сравнивают с грудными малышами, девятилетний мальчик окончательно сдался и, повинуясь второму нестерпимому позыву, начал писать.  — Ах так это было не всё! — засмеялась Катя.  — Ничего себе пустил фонтан! — со смехом сказала Таня.  — Чего ты удивляешься? — улыбнулась врач, — Мальчики всегда писают после того, как сходили по-большому. Лучше подставь под его струйку баночку. Забыла, что тебе надо взять у ребенка анализ мочи? Таня взяла со стола заранее приготовленную маленькую баночку и подставила ее под Алёшину струйку.  — Так писает, как будто целый день терпел, — улыбнулась она.  — Ага, как же! — засмеялась Катя, — Такие не умеют терпеть. Он наверное при каждом удобном случае мочит памперс. Окочательно устыженный, Алёша боялся поднять на девушек взгляд.  — Хорошо, что подложили ему под попу марлю, — сказала Таня, стряхивая с тоненькой мальчишечьей письки на марлю последние капли Продолжая держать ноги ребенка задранными вверх, Таня открыла коробку с влажными детскими салфетками и начала старательно вытирать ими Алёшину грязную попу.  — Дыши глубже, — неожиданно попросила Колю Ирина Васильевна и начала прикладывать к его спине холодный фонедоскоп. Коля продолжал наблюдать, как Таня быстро и со знанием дела подмывает лежащего перед ней голышом девятилетнего Алёшу. Мальчишка отчаянно дрыгал ногами и ёрзал на столе, пытаясь увернуться от Таниной салфетки.  — Скажи «А» — попросила врач Колю и дождавшись, когда мальчик это сделает, нажала ему на язык специальной ложкой. После этого врач начала щупать Коле живот. Мальчику было немножко щекотно, особенно когда чужие пальцы спустились пониже.  — Плотный животик, — заметила врач, усилив нажим. Не ... удержавшись, Коля громко пукнул. Медсестры дружно засмеялись, вогнав Колю в краску.  — Одному малышу срочно пора на горшок, — с улыбкой сказала Катя, — А ну-ка быстро признавайся! Ты наверное хочешь по-большому. Красный от смущения Коля отрицательно мотнул головой.  — Кое-кто тоже недавно отказывался от горшка, — заметила Таня, кивнув на Алёшу, — А потом наложил кучу после мазка. Обе медсестры дружно засмеялись. Врач помогла Коле лечь на спину и слегка раздвинув ему голые ноги, принялась внимательно рассматривать мальчика между ними.  — Таких, как вы, нужно тщательно осматривать между ножек, как грудных, — улыбнулась врач, щекотно щупая Коле лобок, — Потому что вы тоже носите памперсы и ходите туда по-маленькому и по-большому. Запросто могут появиться опрелости. Почувствовав, как чужие пальцы бесцеремонно приподняли его письку, Коля еще больше покраснел.  — Та же история, — нахмурилась врач, — Кожица оттягивается только чуть-чуть. Не говоря уже о том, как там у него грязно. Катя! Можешь подать мне вон ту коробку? Увидев, как Катя подала врачу коробку с маленькими ватными палочками, Коля похолодел от испуга, догадавшись, что ему тоже предстоит процедура, которую недавно делали Алёше. Судя по Алёшиной реакции процедура эта была очень неприятной.  — Будете и этому мальчишке мыть писюнчик? — поинтересовалась Катя.  — А что еще делать, — вздохнула врач, вынув из коробки две палочки, — И когда мамы мальчиков усвоят, что ребенка нужно ежедневно подмывать? Им что в детской поликлинике этого не объясняли? Коля с опаской наблюдал за приготовлениями врача.  — Давай поднимем ручки вверх, — ласково сказала мальчику Катя, — Вот так, молодец. Как ты вытянулся на спинке. Медсестра крепко прижала к столу Колины руки и ноги. Чувствуя, что он не пожет пошевелиться, мальчик чуть не заплакал от своей беспомощности.  — Спасибо, — поблагодарила медсестру врач и, наклонившись над Колей, занялась его писькой. Восьмилетний мальчик начал ёрзать, пытаясь вырваться из рук медсестры, но та его крепко держала. Боли не было, но ощущение было очень неприятным — странная щекотка, от которой сильно хотелось писать.  — Теперь у Коли чистый писюнчик, — довольно улыбнулась врач через минуту, — Не испортит анализа мочи. Быстрым рывком задрав Колины ноги вверх, врач принялась щупать ему яички. Прикосновения ее пальцев были такими щекотными, что мальчик непроизвольно задрыгал ногами.  — А этот как боится щекотки! — засмеялась Катя.  — Все мальчики так себя ведут, когда трогаешь яички, — улыбнулась врач, продолжая щупать Колину мошонку, — Не могут терпеть щекотку.  — У этого вроде всё в порядке, — заметила Катя, внимательно разглядывая Колю между ног, — Нет ни корочек, ни красных пятен.  — У Коли действительно всё намного лучше, чем у Алёши, — согласилась врач, — Здоровая гладкая кожа. Даже вот тут, за яичками, где у мальчиков обычно появляются опрелости. Холодные чужие пальцы скользнули Коле за яички, заставив мальчика задрожать от мучительно острой щекотки.  — И попа тоже хорошо выглядит, — сказала врач, прикоснувшись пальцем к Колиной чувствительной дырочке, — Кто тебе, Коля, меняет памперсы? Мама? Коля отрицательно мотнул головой.  — А кто? — не унималась врач.  — Медсестра в школе, — смущенно признался мальчик.  — Сразу видно, что знает своё дело, — усмехнулась врач, — Она тебя наверное каждый раз тщательно подмывает между ножек.  — И конечно мажет после этого детским кремом, — с улыбкой добавила Катя. Густо покраснев, Коля смущенно промолчал. Расспросы Ирины Васильевны делали и без того неловкую ситуацию просто невыносимой. Неожиданно чужие пальцы снова принялись трогать Колины яички, заставив мальчика отчаянно задрыгать ногами.  — Проверяете мальчишке рефлексы? — догадалась Катя.  — Ага, — подтвердила врач, снова пощекотав Коле яички.  — Я тоже хочу посмотреть! — прибежала Таня, которая уже закончила возиться с Алёшей, — Можете еще раз показать, Ирина Владимировна?  — Смотри! — улыбнулась врач, пощекотав Коле мошонку, — Видишь, как у него сразу втягиваются яички? Прекратив наконец мучить Колю щекоткой, врач опустила его ноги вниз.  — Теперь мальчишка твой! — сказала она Кате. Катя вынула из кармана халата сантиметр и начала производить замеры. Коля неприятно поморщился, вспомнив, что вслед за замерами его ждёт мазок.  — Думаю, у нас всё обойдётся без происшествий? — улыбнулась Катя, вынимая из стеклянной банки палочку для мазка, — Правда, Коля? Если ты хочешь какать, лучше скажи мне сейчас, чтобы не получилось, как с Алёшей.  — Я не хочу, — обиженно ответил Коля  — Смотри у меня, — шутливо погрозила Коле пальцем Катя, — Обманщиков у нас наказывают. Катя быстро задрала Коле вверх ноги и бесцеремонно всунула ему в попу ватную палочку.  — Ну вот и всё! — объявила она через пару секунд, вытащив палочку наружу, — Даже испугаться не успел. Засунув ватную палочку в пробирку, медсестра взяла со стола маленькую пластмассовую баночку.  — А теперь анализ мочи, — объявила Катя, — Пописаешь для меня в баночку? Коля густо покраснел. Восьмилетний мальчишка не мог даже представить, как ему писать у всех на виду.  — Давай вот так задерем ножки, чтобы ты их не забрызгал, — заботливо сказала Катя, поднимая Колины ноги вверх. Почувствовав, как чужие пальцы приподняли ему письку, Коля еще больше покраснел.  — Пись-пись-пись, — начала приговаривать медсестра, — Кто сейчас пустит из этой маленькой писульки фонтанчик?  — Давай, Коля, — присоединилась к уговорам Таня, — Надо пописать в баночку.  — Стесняется, — улыбнулась Катя, — Смотри, как покраснел. Обе девушки тихонько захихикали.  — Что с нашим малышом случилось? — ласково спросила Колю Катя, — Никак не может пописать? Сейчас мы ему поможем. Опустив Колины ноги вниз, медсестра принялась массировать мальчику низ живота, нажимая всё сильнее и сильнее. Не прошло и минуты, как Коле сильно захотелось по-маленькому. Вскоре позыв стал таким сильным, что мальчишка едва мог его терпеть. Неожиданно предательски вздрогнула писька.  — Ого, — засмеялась Катя, — Уже шевелится писулька. Сейчас ты у меня быстренько пустишь струйку. Катя снова задрала Коле ноги вверх и приподняла мальчику тоненькую письку.  — Как мы сейчас пописаем, — улыбнулась она, — Давай, Коля. Не надо терпеть. Ну что тебе стоит наполнить эту маленькую баночку?  — И почему все мальчишки такие упрямые, — вздохнула Таня, — Он похоже еще долго терпеть собрался.  — Сейчас посмотрим, как у карапуза получится терпеть, — хитро подмигнула Тане Катя. Неожиданное прикосновение чужих пальцев к мошонке заставило Колю вздрогнуть.  — У меня и не такие упрямые пускали струйку, — улыбнулась Катя, легонько перебирая пальцами у Коли за яичками. Отчаянно задрыгал ногами от острой щекотки, Коля на мгновение расслабился и тут же начал писать.  — Ну вот, — засмеялась Катя, — Что я говорила. Правда, совсем не трудно было пописать? По раздавшемуся характерному журчанию Коля понял,...  что медсестра подставила под его струйку баночку.  — Чем это вы тут занимаетесь? — неожиданно послышался совсем рядом незнакомый молодой голос.  — Разве не видно? — улыбнулась Катя, — Беру у мальчишки анализ мочи. К Колиному столу подошли две совсем юные девушки в белых халатах. Обе без сомнения были школьницами. «Десятый класс, не больше» — подумал Коля. Продолжая вовсю писать, восьмилетний мальчишка подумал, что сейчас умрёт от стыда. Женщин постарше, как мама, он стеснялся не так сильно. Но эти старшеклассницы... Коля просто не мог представить, как находиться перед ними голышом, не говоря уже о том, что его медсестра сейчас заставила при всех делать.  — Мальчишки у вас всегда пускают такие фонтаны? — со смехом поинтересовалась одна из девушек — голубоглазая блондинка с короткой стрижкой, — Можете научить, как заставить карапуза так высоко пустить струйку?  — Я его просто хорошо попросила, — засмеялась Катя, — Правда, Коля? Все дружно засмеялись.  — Такая смешная струйка, — с улыбкой заметила другая девушка — такое же голубоглазое курносое создание, как и первая старшеклассница, только на полголовы выше, — Почему они у нас в ясельной группе так не писают? Стряхнув с тонкой детской письки последние капли, Катя вытащила у Коли из-под попы насквозь мокрую марлю и опустила его ноги вниз. Между медсестрами и вошедшими девушками завязался оживлённый разговор. Выяснилось, что старшеклассницы работают в клинике нянечками. Высокую звали Олей и она работала в ясельной группе. Та, что пониже — Маша — была из старшей.  — Рановато вы пришли забирать детей, — заметила врач, — Мы только двоих успели осмотреть.  — У нас были кое-какие осложнения, — с улыбкой добавила Таня, махнув рукой в Алёшину сторону. Медсестры принялись со смехом рассказывать нянечкам об Алёшином конфузе.  — Слезай со стола, — неожиданно вспомнила о Коле Катя. Едва Коля слез с пеленального стола, его место тут же занял третий мальчик — семилетний Серёжа. Коля принялся злорадно наблюдать, как Сережу мучают теми же процедурами, что и его с Алёшей. Правда в этот раз врач с медсестрами делали всё намного быстрее. И еще в отличие от Коли Серёжу не пришлось долго уговаривать — мальчик сам послушно пописал в баночку для анализа.  — Какой молодец, — похвалила ребёнка Катя, когда он наполнил баночку, — Только почему ты остановился? Раз начал, надо писать до конца. Медсестра легонько пощекотала мальчишку за яичками и тот сразу же пустил струйку.  — Вот так, — довольно улыбнулась она, — Сейчас направим Серёжину струйку на марлечку у него под попой.  — Карапуз так смешно дрыгает ножками, — засмеялась Оля и вслед за ней остальные девушки. Только пунцовому от стыда Серёже было не до смеха.  — Всё! — объявила Катя, быстро вытерев Серёже письку мокрой салфеткой, — Слезай вниз. Серёжа слез со стола и встал рядом с остальными мальчиками. Подойдя к Коле, Маша опустилась перед мальчиком на корточки и приложила к нему сначала желтую майку, а потом салатовые колготки.  — Как раз, — улыбнулась Маша.  — Даже если колготки будут чуть-чуть тесноваты, ничего страшного, — заметила Оля, — Растянутся. У Оли в руках была другая одежда — белая детская маечка с длинными рукавами и светло-голубые ползунки, правда «школьного» размера  — Это что, ползунки? — удивился Алёша, когда нянечка приложила к его ногам голубые штанишки.  — Ага, — кивнула Оля, — В каждой группе своя форма одежды. В старшей дети носят колготки с маечкой и сандалики, а ясельным, как ты, одевают вместо колготок ползунки. Оля начала одевать Алёшу. Мальчишка еле сдерживался, чтобы не заплакать от обиды. Коля тоже обиделся на нянечек за то, что они хотят заставить его носить детские колготки. Впрочем, колготки все же были лучше ползунков.  — Подними ручки, — попросила Маша и быстро натянула на Колю через голову майку. Короткая майка едва прикрывала Коле пупок.  — Такой хорошенький, — с умилением улыбнулась Маша, — Может так и оставить? В одной маечке.  — Чтобы бегал с голой попой? — засмеялась Оля, — Вот смеху-то будет! Маша принялась одевать Коле колготки.  — А трусы? — удивился мальчик.  — Трусиков у нас никому не положено, — объяснила Маша, — Ни старшим, ни ясельным. Вы же все постоянно мочите штанишки. Зачем одевать таким трусики? Только лишнюю вещь стирать придется. Проглотив обиду, Коля послушно дал себя одеть. Колготки и вправду оказались тесными. К тому же Маша натянула их Коле чуть ли не до груди, как малышу.  — Ну что, пошли? — сказала она через пару минут, закончив одевать Сережу. Все вышли из медицинского кабинета в коридор.  — Сейчас я отведу вас в зал старшей группы, — сообщила Маша Коле с Сережей, — Только сначала покажу спальную комнату и туалет. Маша поднялась со своими двумя мальчиками на второй этаж.  — Тут туалет, — махнула она рукой в сторону двери в углу, — Никто из вас сейчас туда не хочет? Серёжа с Колей смущенно покраснели.  — А вот это — наша спальная комната, — сказала Маша, заходя в другую дверь, — Общая для всех групп. Коля огляделся по сторонам. Длинная комната была заставлена деревянными кроватями. Кровати были достаточно большими, но чем-то отличались от обычных. Присмотревшись, Коля обиженно поджал губы. У всех кроватей были боковые решетки. Правда сейчас все эти решетки были опущены.  — Вот это твоя кроватка, — показала Коле нянечка на самую крайнюю кровать, — А ты, Сережа, будешь спать вот тут, с другой стороны. Маша подняла обе решетки Колиной кровати, демонстрируя мальчикам ее устройство. Коля чуть не плакал от обиды — это действительно была увеличенная в размере детская кроватка.  — Разумеется, уложив каждого из вас в кроватку, мы поднимаем решётки, — сказала Маша, — Кстати, вылезать из кровати с поднятой решеткой категорически запрещено. В каждую из них вмонтирован специальный датчик. Даже не пытайтесь опускать решётку или через нее перелезать — дежурная нянечка об этом сразу узнает. Нянечка начала объяснять мальчикам другие правила.  — Ну что, всё поняли? — строго спросила она через пару минут, — Тогда пошли в зал старшей группы. Маша отвела Колю с Серёжей в большой светлый зал. Коля начал считать находившихся в зале детей. Их было семь — все мальчики. Самому младшему было лет шесть, а старшему — девять. Абсолютно все были в детских колготках, как самые настоящие детсадовцы.  — Это Елена Владимировна, — представила Маша подошедшую к ней женщину лет двадцати пяти, — Наша воспитательница Вслед за воспитательницей к новеньким подошли две нянечки: Вика и Света. Вика была на вид одного возраста с Машей, а Света казалась еще моложе. «Тут действительно одни старшеклассницы нянечками работают» — подумал Коля.  — Идите вон туда, — сказала Елена Владимировна, махнув рукой в угол зала, — Сейчас буду читать всем сказку. Новенькие мальчики поплелись в угол зала и уселись на низкие стулья. Оглянувшись по сторонам, Коля заметил, что вся остальная мебель тоже была детсадовской.  — Ну что, все собрались? — спросила пришедшая через пару минут воспитательница, — Сегодня я почитаю вам сказку о колобке. Коле ничего не оставалось, как ... слушать давно знакомое повествование об укатившемся от бабушки с дедушкой колобке. Низкий детсадовский стул был ужасно неудобным. Вдобавок мальчика уже давно мучил сильный позыв по-большому. Вспомнив, где находится туалет, Коля встал со стула.  — Куда это ты? — шёпотом спросила Света, сразу подбежав к Коле, — А ну быстро садись на место!  — Мне нужно в туалет, — смущенно признался нянечке Коля.  — Сходишь после того, как воспитательница закончит читать сказку, — отрезала Света, насильно посадив Колю на стул, — Ничего с тобой не случится, если пять минут потерпишь. С трудом дотерпев до конца сказки, Коля наконец побежал в туалет. Там мальчишку ждало интересное открытие. В туалете отсутствовало деление на кабинки, но самое главное, не было нормальных унитазов, к которым Коля привык всю свою жизнь. Вместо них на небольшом возвышении прямо в пол были вмонтированы три эмалированных металлических приспособления, отдаленно напоминающих раковины. Разумеется они были без доски, зато с рифлёными платформами по обе стороны. «Туда наверное надо становиться ногами, — догадался Коля, — И сидеть над дыркой на корточках. « Прошедшие мимо Коли два мальчика так и сделали — сели на корточки каждый над своей дыркой. Оба почему-то были без штанов — в одних коротких майках и сандаликах. Коля быстро спустил до колен колготки и присел на корточки над свободным «унитазом». Мальчик по-прежнему был в шоке от странного туалета, хотя подобные унитазы были довольно типичными для детских садов и школ. Впрочем, Коля этого конечно не знал — он никогда не ходил в детский садик и разумеется не видел детсадовский туалет без кабинок. А в их элитной школе была дорогая импортная сантехника. Подумав, что такая дырка в полу всё равно лучше детского горшка, которыми всех заставляли пользоваться в ясельной группе, Коля приготовился какать, но тут в туалет вошла Вика. Появления в этом месте юной нянечки Коля никак не ожидал. Его первой реакцией было вскочить и натянуть колготки. У сидящих рядом мальчишек тоже были красные от стыда лица. Не говоря уже о том, что всем троим сразу расхотелось какать.  — Куда вскочил? — улыбнулась Вика, направившись к Коле, — Кстати, почему ты в колготках? А ну-ка пошли со мной. Не дав Коле натянуть колготки, нянечка повела смешно ковыляющего мальчишку в первую, умывальную комнату.  — Когда идешь в туалет, нужно снимать штанишки и оставлять их вот ту, на полочке у входа, — начала учить новенького мальчика Вика, — Такие у нас правила. Если пустить тебя в туалет в колготках, ты их мигом забрызгаешь. Не дожидаясь Колиной реакции, Вика бесцеремонно стянула с него колготки.  — На первый раз прощаю, — сказала девушка, — Но если еще раз увижу, что присел над унитазом в колготках — сразу накажу. Коля вернулся к двум сидящим на корточках мальчикам. Теперь он понимал, почему те были без штанов.  — Что сидите? — строго спросила детей вернувшаяся к ним Вика, — Забыли, зачем сюда пришли? Коля оглянулся на своих соседей — все конечно стеснялись какать в присутствии старшеклассницы. Было ужасно стыдно сидеть перед юной нянечкой без штанов, но Коле не оставалось ничего другого — только ждать, когда нянечка уйдёт.  — Вы что разучились какать? — язвительно спросила мальчиков Вика, — Не испытывайте моё терпение! Кстати, я сейчас никуда уходить не собираюсь. Хочу, чтобы вы сходили по-большому прямо при мне. Все трое. Покажите своей нянечке, что умеете какать в унитаз, а не в штанишки. Вика достала из кармана своего белого халата секундомер. Удивлённый, зачем нянечке понадобился секундомер, Коля поразился еще больше, услышав, как запыхтели и начали тужиться сидящие рядом мальчишки.  — Ага! — торжествующе улыбнулась Вика, нажав кнопку секундомера, — Сразу засуетились. Даю вам на всё две минуты: покакать и вытереть попу. Кстати я это потом проверю — как чисто каждый из вас ее вытер. Сидящий справа от Коли мальчик начал громко какать.  — Молодец, Андрюша, — похвалила мальчишку Вика, — Начал тужиться и сразу получилось. А Павлик как старается! Сейчас тоже покакает... Красный, как рак, Коля абсолютно не представлял, как можно какать на виду у старшеклассницы.  — А ты почему не тужишься? — обратилась девушка к Коле, — Бери пример с Андрюши. Неожиданно со стороны Павлика раздалось громкое пуканье.  — Ничего себе! — улыбнулась Вика, заглянув Павлику между ног, — Не зря так сильно тужился. Девушка перешла к Андрюше.  — Стараешься не отставать от Павлика? — с улыбкой спросила она какающего мальчика, — Как хорошо вы двоем какаете. Только у Коли ничего не получается. Со стороны Павлика послышалось характерное журчание и Вика снова переместилась к нему.  — Покакал и решил пустить струйку? — спросила она стесняющегося ребёнка, разглядывая его между ног, — Правильно. Нужно всегда писать после того, как сходил по-большому. К тебе, Андрюша, это тоже относится. Вика встала напротив Коли.  — Про тебя я вообще молчу, — раздраженно бросила она, — Между прочим осталось меньше минуты. Коля повернул голову в сторону Павлика, который начал торопливо вытираться.  — Не спеши! — сказала тому Вика, — Хорошо вытирай попу, потому что я потом проверю. Ты знаешь, куда отправляют тех, у кого грязная попа — в ясельную группу. Андрюша тоже начал поспешно вытираться туалетной бумагой.  — Осталось тридцать секунд! — объявила Вика. Коля знал, что за отказ сходить по-большому его ждёт наказание, но он по-прежнему не мог привыкнуть к порядкам в клинике — прежде всего к прилюдному хождению в туалет. Андрюша с Павликом тем временем встали с унитазов и подошли к нянечке. Вика по очереди заставила мальчков нагнуться и вытерла каждому попу мокрой салфеткой. Нянечка осталась довольна результатом, потому что салфетка была сравнительно чистой.  — Молодцы, — похвалила она мальчиков, — Можете одеваться. Андрюша с Павликом быстро вышли из комнаты.  — А вот тобой сейчас придется заняться всерьез, — грозно сказала Вика Коле, остановив секундомер, — Ты почему не покакал? Даже не тужился! Коля смущенно молчал.  — Вставай! — потянула его за руку нянечка, — Сейчас отведу тебя в процедурную. Узнаешь, что бывает с теми, кто вовремя не какает. Мальчик похолодел от испуга. Тон девушки не предвещал ничего хорошего. Не одевая Коле колготок, Вика вывела мальчика из туалета.  — Так и пойдёшь, — подтвердила она, заметив, как восьмилетний мальчишка стесняется, — С голой попой. Как назло, процедурная находилась в другом конце коридора. Встретившиеся по пути юные девушки в белых халатах тихонько хихикали, показывая на Колю пальцами. Мальчишка попытался было прикрыться, но сразу же получил от Вики больный шлепок по попе.  — Привела клиента! — объявила Вика, показавшись с Колей на пороге процедурной. Коля осмотрелся по сторонам. Процедурная представляла собой большую комнату с кафельными стенами. Пол тоже был вымощен плиткой, только потемнее. Вдоль одной из стен стояли в ряд аж пять пеленальных столов. Всю противоположную стену занимала прочная широкая полка, отделанная всё тем же белым кафелем. На этой полке стояли несколько детских ванночек и больших пластмассовых тазов. Из самой стены торчали краны и душевые насадки. У третьей стены стояли два стеклянных шкафа с разными медицинскими принадлежностями и высокий стеллаж со всякой всячиной: в основном эмалированными ... детскими горшками. Последня стена была почти полностью занята тремя большими окнами без занавесок.  — Привет, Вика, — отозвалась девушка в белом халате, возившшихся на одном из пеленальных столов с раздетым догола мальчиком лет семи. «Медсестра» — догадался Коля. Медсестер было двое. На вид обе были чуть старше Вики — лет двадцать, не больше.  — Что с твоим мальчишкой? — поинтересовалась у Вики вторая медсестра, — Не хочет какать?  — Откуда ты знаешь? — удивилась Вика.  — К нам обычно детей только с этим и приводят, — засмеялась девушка, — Чтобы поставили клизму. Пару минут назад этого из ясельной группы привели.  — Придется тебе подождать, пока мы с Наташкой поставим этому мальчишке клизму, — сказала Вике вторая девушка, — Так сопротивляется, что мы даже вдвоем с ним с трудом справляемся.  — Бедные, — вздохнула Вика, — А где Надя, ваша старшая медсестра?  — Отпросилась домой, — сказала девушка, которую звали Наташей.  — Вам помочь? — предложила Вика, — Тебе, Марина, не тяжело одной держать мальчишку?  — Конечно помоги, — обрадовалась Марина, — Я уже сама хотела тебя попросить. Вика подошла к процедурным медсестрам, оставив Колю стоять у двери. Один вид ревущего и вырывающегося ребенка на пеленальном столе внушал Коле ужас. Ему хотелось развернуться и убежать из страшной комнаты.  — Не дает помазать попу вазелином, — пожаловалась Наташа.  — Давай перевернем на спинку, — предложила Марина.  — Предлагаешь ставить ему клизму на спине, как грудному? — улыбнулась Наташа, — Так в самом деле будет проще. Медсестры не без труда перевернули сопротивляющегося мальчишку на спину.  — Можешь задрать карапузу ножки? — попросила Марина Вику, — Ага, вот так, повыше. Заставь его широко открыть попу. Набрав на указательный палец большой комок вазелина, Наташа начала мазать им маленькую дырочку между пухлых детских ягодиц.  — Ты уже приготовила спринцовку? — поинтересовалась у Наташи Марина.  — Давно готова, — улыбнулась Наташа, — Можешь пощекотать мальчишку, чтобы не зажимался? Марина начала перебирать пальцами у мальчика за яичками, заставив его отчаянно задрыгать ногами... Улучшив момент, Наташа быстро всунула ребёнку в попу клизму. Пару секунд стояло молчание, сменившееся недовольным детским рёвом.  — Значит так! — решительно сказала Марина, насильно всунув ребёнку в рот соску, — Соску в рот и лежи тихо! Сейчас заработаешь своим поведением вторую клизму. И не простую, как сейчас, а мыльную. Мальчишка сразу затих, продолжая обиженно всхлипывать.  — Всё, выжала, — сказала Наташа, — Сейчас выниму. Готова зажать ребёнку ягодички?  — Ага, — кивнула Марина, — Вынимай.  — Ловко вы с ним вдвоём! — улыбнулась Вика, наблюдая, как Марина сжала мальчику попу, — Ни одной капли наружу. Марина посмотрела на часы.  — Сколько его так подержать? — спросила она Наташу.  — Думаю, что минуты хватит, — сказала та. Какое-то время стояло молчание.  — Пора отпускать ягодички, — сказала Марина, посмотрев на часы.  — Представляю, какую мальчишка сейчас наложит кучу, — засмеялась Вика. Медсестра осторожно убрала свои руки с пухлых детских половинок.  — Я думала у вас все сразу какают после клизмы, — разочарованно заметила Вика через полминуты.  — Сейчас, сейчас, — улыбнулась Марина, — Какая ты нетерпеливая. Мальчики постарше, как этот, всегда сначала пытаются терпеть. Посмотри, как он напрягся.  — Действительно изо всех сил пытается терпеть, — с улыбкой согласилась Вика, — Интересно, и долго он так продержится?  — Долго не продержится, — засмеялась Мари на, — Потому что любая медсестра знает, что в такой ситуации нужно делать. Сейчас я заставлю карапуза расслабить попу. Марина хитро подмигнула Вике и скользнула пальцами голенькому мальчику за яички.  — Кто тут лежит и не хочет какать? — шутливо спросила она ребёнка, легонько трогая ему мошонку. Задрыгав от щекотки ногами, мальчишка не выдержал и громко наложил под попой большую кучу.  — Ну что? — торжествующе посмотрела на мальчика Марина, — Кого ты пытался обмануть, что не хочешь по-большому? А как сопротивлялся, когда мы ставили тебе клизму. Всё равно мы заставили тебя покакать.  — А если бы сходил на горшок, когда положено, никто вообще не ставил бы тебе клизму, — добавила Наташа, — Кстати, тебе еще надо сходить по-маленькому. У нас в процедурной такие правила. Каждая клизма должна завершаться фонтанчиком между ножек.  — Пись-пись-пись, — начала приговаривать Марина, приподняв двумя пальцами тонкую детскую письку.  — Как сразу покраснел, — засмеялась Вика, — Кого ты тут стесняешься?  — Сейчас пописает, — уверенно сказала Марина, принявшись перебирать пальцами у мальчика за мошонкой. Голенький мальчишка сразу же отчаянно задрыгал ногами в тщетной попытке увернуться от пальцев медсестры.  — Буду щекотать, пока не пустишь струйку, — сказала мальчику Марина. Неожиданно мальчишка вздрогнул всем телом и пустил из письки сильную струю.  — Наконец понял, чего от него хотят, — улыбнулась Марина, продолжая шекотать мальчику яички.  — Вот это фонтан! — засмеялась Вика, — Писает и дрыгает ножками. Ему с этим номером нужно в цирке выступать. Все громко расхохотались.  — Продолжай так держать карапуза, — попросила Вику Марина, — Сейчас я его быстренько подмою.  — А я наверное займусь следующим, — сказала Наташа, — Это один из трёх сегодняшних новеньких? Я раньше его у нас не видела.  — Ага, новенький, — подвердила Вика, — Коля.  — Иди сюда, Коля! — позвала мальчика Наташа. Коля несмело подошёл к медсестре. После всего увиденного в процедурной ему было так страшно, что тряслись коленки.  — Залезай на стол! — скомандовала Наташа. Коля не шевелился. Наташа взяла мальчика подмышки и не без труда подняла на пеленальный стол.  — А теперь ложись на спинку, — приказала она. Уложив Колю на спину, медсестра подложила ему под попу толстый кусок марли. В следующую секунду мальчик оказался в знакомой ему позе — на спине с задранными вверх ногами.  — Надо помазать попу вазелином, — с улыбкой пояснила Коле Наташа, прикоснувшись пальцем к его чувствительной дырочке. Почувствовав, как Наташин палец слегка углубился вовнутрь, Коля не выдержал и громко пукнул. От манипуляций медсестры ему нестерпимо хотелось какать.  — Он у меня сейчас без всякой клизмы наложит кучу, — засмеялась Наташа, продолжая массировать детскую дырочку указательным пальцем.  — Как это без клизмы? — спросила Вика, — Зачем же я мальчишку к вам привела?  — Я сейчас попробую кое-что другое, — хитро сказала Наташа, — У нас есть специальная палочка-выручалочка.  — Я тоже хотела тебе про нее напомнить, — улыбнулась Марина. Наташа порылась в ящике стола и извлекла оттуда дешевую одноразовую шариковую ручку.  — А я думала, вы это делаете термометром, — удивленно заметила Вика.  — Градусником ... тоже можно, — сказала Марина, поливая ручку жидким мылом из специального флакончика, — Но этой ручкой лучше всего. Разумеется тупым концом. Чужие пальцы разжали Коле ягодицы и в следующее мгновение в его дырочку быстро скользнул посторонний предмет.  — Видишь, как она не держится у ребёнка в попе, — показала Вике Наташа, запихнув ручку поглубже в детскую дырочку, — Лезет наружу — самый верный признак, что карапуз хочет какать. Наташа начала ритмично нажимать ручкой вниз.  — Хочешь какать? — спросила медсестра у Коли. Мальчик смущенно промолчал. Если поначалу его мучило неприятное пощипывание в попе, теперь, когда Наташа начала шевелить ручкой, к этому пощипыванию добавился очень сильный позыв по большому.  — Подержу еще полминуты, — решила медсестра и снова начала шевелить пластмассовой ручкой у мальчика в попе. Коля с трудом терпел усиливавшийся с каждой секундой позыв. Вскоре он стал таким острым, что мальчишка уже не сомневался, что сразу же наложит кучу, как только его попу покинет посторонний предмет.  — Наверное можно вынимать, — сказала Наташа и быстро вытащила ручку из Колиной попы. Собрав все силы, мальчику удалось побороть нестерпимый позыв. Впрочем, хватило его только на пару секунд. Наташа начала легонько щекотать Колю за яичками и мальчишка тут же громко наложил кучу на лежавшую у него под попой марлю.  — Сразу покакал, — довольно улыбнулась Наташа, продолжая щекотать восьмилетнему мальчику мошонку, — Сейчас еще и фонтан пустит. Словно подтверждая слова медсестры, отчаянно дрыгающий ногами Коля не выдержал и начал писать,. Девушки дружно засмеялись, вогнав Колю в краску.  — Действительно пустил фонтан! — сказала смеющаяся Вика.  — Направим струйку на марлю, — улыбнулась Наташа, слегка приподняв Колину письку.  — И что с ними происходит в вашей процедурной, — с улыбкой сказала Вика, — Сразу послушно сходил и по-маленькому, и по-большому. Что, Коля, так трудно это было сделать в туалете?  — А ему здесь больше нравится, — засмеялась Наташа, — Любит устраивать показательные выступления. Дождавшись, когда Коля прекратит пиcать, Наташа поставила на стол коробку с мокрыми детскими салфетками.  — Сейчас вытру карапузу попу, — сказала медсестра, — Спереди подмывать не буду, потому что он ничего себе не забрызгал. Достаточно просто протереть писюнчик. Вот так. Наташа вытерла мокрой салфеткой маленькую детскую письку и занялась Колиной попой.  — Начисто вытрем между ягодичками, — ласково приговаривала она, — И эту маленькую дырочку тоже. Медсестра сменила салфетку и снова вытерла Колю между ягодиц. После этого медсестра взяла в руки бутылочку с детским маслом и принялась поливать им Колю между ног.  — Всех, кто писает в штанишки, обязательно мажут между ножек детским маслицем, — ласково пояснила Коле Наташа, нестерпимо щекотно размазывая масло у мальчика между ног — Чтобы не было опрелостей. Следующие пару минут мальчишке пришлось терпеть мучительную щекотку, пока процедурная медсестра, не торопясь, мазала его между ног детским маслом. Вика даже успела за это время сходить в детский туалет за забытыми там Колиными колготками. Вернувшись, нянечка быстро одела мальчишку и сняла его с пеленального стола...  — Беги в зал старшей группы, — сказала она Коле, — Помнишь где он находится? Коле не надо было повторять дважды и он пулей выскочил из ненавистной комнаты. Коридор был почти пустым — если не считать только что вышедшего из туалета девятилетнего мальчика. Сравнявшись с мальчиком, Коля с улыбкой ему кивнул. Оба направлялись в зал старшей группы.  — Стой! — неожиданно послышался у Коли за спиной грозный окрик. Обернувшись, Коля увидел незнакомую девушку в белом халате — такую же старшеклассницу, как и большинство нянечек.  — А ну-ка признавайся, зачем ты ходил в туалет, — с хитрой улыбкой спросила девушка. Коля понял, что вопрос адресовался не ему, а только что вышедшему из туалета мальчику.  — Что молчишь? — повысила голос девушка, — Язык проглотил? Отвечай, ты ходил по-маленькому или по-большому?  — По-большому, — тихо признался мальчик и густо покраснел.  — Тогда надо проверить, чисто ли ты вытер попу, — сказала девушка, — Быстро спускай штанишки! Девушка неожиданно повернулась к Коле.  — И ты тоже! — приказала она. Мальчики неохотно спустили до колен колготки. У обоих были пунцовые от смущения лица.  — Ножки в стороны! — скомандовала девушка, — А теперь нагнулись! Еще! Вот так и стойте.  — Что, Валя, проверяешь попы? — послышался еще один молодой женский голос. Коля повернул голову и увидел вторую незнакомую девушку в белом халате — такую же юную, как и первая. Неожиданно почувствовав, как ему вытирают попу мокрой салфеткой, мальчик еще больше покраснел от смущения.  — У этого попа чистая, — сообщила из-за Колиной спины Валя, — Сейчас проверю у второго. Валя быстро вытерла салфеткой попу Колиному соседу.  — Да, не научился еще вытирать себе попу, — сказала она, — Ты уже тут вторую неделю, поэтому должен знать наши правила. Тем, кто не умеет вытирать попу, место только в ясельной группе. Коля выпрямился и потянулся рукой к колготкам, но, заметив недовольный взгляд Вали, остановился.  — Одеваться можно только с разрешения взрослых, — напомнила она Коле еще одно правило для пациентов клиники, — Хорошо, что вспомнил. А то тоже отправился бы в ясельную группу. Валя быстро натянула Коле колготки.  — Беги к своим, — сказала она и мальчик направился быстрым шагом к двери старшей группы.  — Где тебя носило? — сразу подбежала к Коле воспитательница, как только он вошел в зал старшей группы, — У нас уже начался обед. Быстро в туалет мыть руки! Коля поплёлся в туалет. Помыв там руки, мальчик вернулся в зал и подошёл к низким детсадовским столам, за которыми сидели остальные дети.  — Садись за стол! — сказала воспитательница, показав Коле на свободное место, — Сейчас я скажу нянечкам принести тебе обед. Мальчик сел за неудобный детский стол. Через минуту Маша принесла ему тарелку с супом. Никогда в своей жизни не пробовавший детсадовской еды, Коля с отвращением посмотрел на стоявшую перед ним тарелку.  — Что сидишь? — прикрикнула на него Маша, — Бери ложку и ешь! Чтобы через пять минут тарелка была пустой! Я приду и проверю. Маша строго посморела на Колю.  — Я не шучу! — добавила нянечка, — Если ты сейчас всё не съешь, отправим тебя в ясельную группу. Там тебя не будут так уговаривать. В ясельной группе не церемонятся — там всех кормят с ложечки детским питанием. Ты этого хочешь? Коля взял ложку и неохотно начал хлебать суп. Минут через пять вернулась Маша.  — Молодец, — похвалила мальчика нянечка, забрав у него пустую тарелку, — Сейчас принесу тебе второе. Второе было не менее отвратительным — котлеты с пшённой кашей, но Коля снова послушно всё съел. Единственным утешенем был вкусный компот из сухофруктов на третье. Минут через пятнадцать после обеда Маша со Светой собрали всех детей и повели их в спальную комнату. Там уже находилась вся одетая в ползунки ясельная группа.  — Быстренько раздеваться! — скомандовала юная нянечка в белом халате. ... Коля вспомнил ее имя — Валя. Это была та самая нянечка, которая недавно проверяла ему в коридоре попу. Валя начала ходить по проходу между кроватями и подгонять мальчиков. Заметив, что все раздеваются догола, Коля тоже неохотно стал это делать.  — Чего ты до сих пор не разделся? — строго спросила Валя, остановившись напротив Коли, — А ну быстро снимай колготки! Не дожидаясь Колиного ответа, нянечка рывком спустила ему колготки до колен, а потом и вовсе сняла, оставив мальчика совсем голышом. Восьмилетний мальчишка густо покраснел.  — Какой стеснительный! — засмеялась Валя, разглядывая Колю.  — Еще не привык, — улыбнулась подошедшая к мальчику Маша, — Все новенькие так стесняются.  — Такой забавный карапуз, — заметила оказавшаяся рядом Света, — Они все сейчас голышом такие смешные. Вправду как ясельные. Валя осмотрелась по сторонам. Все дети уже успели раздеться догола и молча стояли у своих кроватей, ожидая указаний нянечек.  — А теперь вытащили из-под кроваток свои горшки! — приказала Валя, — Все вытащили? Садиться только по моей команде! Валя достала из кармана секундомер.  — Время пошло! — объявила она, нажав кнопку электронного секундомера, — Садитесь на горшки и делайте свои детские дела: маленькие и обязательно большие. Мальчики быстро уселись на горшки и начали старательно тужиться. Коля чуть не плакал от обиды, что нянечки опять хотят заставить его какать у них на виду, как маленького. После обеда Коле в самом деле хотелось по-большому, но, по-прежнему стесняясь старшеклассниц, мальчишка твёрдо решил терпеть.  — Молодец, Вова, — похвалила Валя одного из мальчиков, бесцеремонно раздвинув тому ноги, чтобы заглянуть в горшок. Коля оглянулся по сторонам. Все мальчишки ужасно стеснялись нянечек — особенно Вали, которая ходила по проходу и заглядывала детям между ног, проверяя содержимое их горшков.  — Ну что, Артём? — остановилась Валя перед одним из мальчиков, — Раздвинь ножки. Покажи мне, что у тебя получилось. Мальчик густо покраснел, но тем не меее послушно раздвинул ноги.  — Совсем чуть-чуть, — сказала Валя, — Разве так какают? Тужься сильнее. Бери пример со своего соседа. Артём начал громко пыхтеть и тужиться.  — Так уже лучше, — улыбнулась Валя. Валя продолжила обход и неожиданно остановилась возле Колиного соседа. Журчание у мальчика в горшке не оставляло сомнений, чем он занимается. Раздвинув ребенку голые ноги, Валя уставилась ему в горшок.  — Как мы писаем, — улыбнулась она, — А по-большому почему еще не сходил? Весь красный от стыда, мальчик смущенно опустил взгляд. Было слышно, как сильнее зажурчала его струйка.  — Что, Миша, специально для тёти Вали стараешься? — засмеялась подошедшая к Вале Света.  — Какой хитрый, — со смехом сказала Валя, — Думаешь, что если будешь писать сильнее, тебе разрешат ограничиться только маленькими делами? Так просто от меня не отделаешься! Забыл наши правила? После обеда всем положено хорошенько сходить на горшок по-большому. Маша с Валей переместились к Коле.  — А тебя что не учили как надо правильно сидеть на горшке? — строго обратилась к нему Валя. Коля непонимающе уставился на юную нянечку.  — Ножки в стороны! — приказала Валя мальчику и не дожидаясь его реакции, сама насильно раздвинув Колины ноги, — Чтобы мне было видно, что ты занимаешься на горшке чем положено, а не просто сидишь. Валя заглянула в Колин горшок и нахмурилась.  — Почему у тебя до сих пор пустой горшок? — возмущенно спросила она мальчика.  — Что, даже не пописал? — понитересовалась Маша и тоже заглянула в Колин горшок. Обе нянечки принялись отчитывать Колю за то, что он не хочет ходить на горшок, когда положено.  — Между прочим, тебе осталось меньше минуты, — заметила Валя, посмотрев на свой секундомер. Коля едва сдерживался, чтобы не зареветь от обиды. «Наверное снова отведут в процедурную» — тоскливо подумал он.  — Всё! — громко объявила Валя, снова посмотрев на свой секундомер, — Вставайте с горшков. Сейчас будем вытирать вам попы. Все дети, включая Колю, встали с горшков.  — Молодцы, — похвалила мальчиков Валя после того, как прошлась по проходу и заглянула в каждый горшок., — Все покакали. Только у Коли пустой горшок. Валя дала Маше со Светой по коробке мокрых детских салфеток и все три нянечки начали премещаться от ребёнка к ребёнку, вытирая мальчикам попы. Мальчишки ужасно стеснялись этой процедуры, но были вынуждены молча ее терпеть.  — А ну-ка быстро перестал зажиматься! — неожиданно повысила голос Маша, — Свет! Можешь помочь мне с этим карапузом? Никак не даёт вытереть попу. Света подошла к Машиному ребёнку и сильно нагнула его вперед.  — Нет, ты только на него посмотри, — возмутилась Маша, залезая мокрой салфеткой между голых детских ягодиц, — Всё равно пытается зажиматься. Света что-то шепнула Маше на ухо и обе тихонько засмеялись.  — Сейчас попробую, — сказала Маша и скользнула второй рукой мальчику между ног, — Можешь чуть-чуть раздвинуть ему ножки? Света выполнила Машину просьбу. Теперь, когда мальчик стоял с широко расставлеными ногами, Коле стало заметно, что Маша трогает мальчишке сзади мошонку.  — Как они все боятся щекотки, — засмеялась Маша, — Смотри, Светка, как он гарцует на месте. Продолжая одной рукой щекотать мальчику яички, Маша залезла второй ему в попу и принялась старательно ее вытирать. Неожиданно мальчишка замер, боясь пошевелиться.  — Чего испугался? — спросила мальчишку Маша, — Должна же я как следует вытереть твою грязную дырочку. Пользуясь тем, что Света крепко держит мальчишку, Маша еще полминуты его дразнила, шевеля обернутым мокрой салфеткой пальцем в детской дырочке. Второй рукой девушка легонько трогала мальчику яички, заставляя его гарцевать на месте от щекотки.  — Ага, потанцуй для меня, — с улыбкой приговаривала она, — Будешь знать, как зажиматься.  — Ну что, девчонки, всех в этом ряду вытерли? — спросила Валя через пять минут у Маши со Светой.  — Последнему вытираю, — отозвалась Света, — Кстати, а что ты с Колей предлагаешь делать?  — Как что? — сказала Валя, — Отвести в процедурную на клизму.  — Его уже кажется сегодня туда водили, — вспомнила Маша, — Мне Вика рассказывала.  — Ну и что, — пожала плечами Валя, — Еще раз поставят клизму. От нее еще никто не умирал.  — Правильно, — согласилась Света, — Клизма — лучшее лекарство от упрямства. Света подошла к Коле и взяв мальчика за руку, повела его к двери. Валя тем временем начала раздавать всем пижамы — одинаковые трикотажные маечки со штанами.  — Чувствую, ты станешь в нашей процедурной частым гостем, — усмехнулась Света, ведя Колю голышом по коридору. В отличие от Вики Света не стала оставаться в процедурной. Нянечка оставила Колю медсестрам и быстро вышла.  — Снова его привели, — улыбнулась Марина.  — Что, Коля, опять за своё? — усмехнулась Наташа, — В прошлый раз я тебя пожалела — решила не ставить клизму. Но сейчас ты у нас получишь сразу две — одну за этот раз и вторую за предыдущий. Причем обе клизмы будут мыльными.  — Ну что, поднимаем на ... стол? — повернулась к Наташе Марина. Взяв Колю за руки и ноги, медсестры без труда подняли его на один из пеленальных столов.  — Давай сразу уложим на спинку, как малыша, — предложила Наташа.  — Ага, так будет намного удобнее, — согласилась Марина, легонько толкнув Колю, чтобы он лег на спину. Вытащив откуда-то снизу оранжевую спринцовку, Наташа ушла к раковине ее набирать. Марина тем временем задрала Коле вверх ноги и принялась мазать ему попу детским вазелином. Медсестра делала это очень долго и нестерпимо щекотно, вызвав у мальчишки подозрения, что его просто дразнят. Наконец вернулась с наполненной клизмой Наташа. Коля почувствовал, как Марина еще сильнее задрала ему ноги и в следующую секунду в его попу быстро скользнул посторонний предмет.  — Медленно выжимаем, — приговаривала Наташа, наполняя Колю мыльной водой. От ужасного раствора так сильно щипало внутри, что Коле хотелось немедленно опорожнить кишечник. Медсестры не дали ему этого сделать, заставив мальчика держать внутри мыльную воду целых три минуты. С трудом дождавшись, когда Марина прекратит сжимать ему ягодицы, Коля сразу начал какать.  — Пытаешься побыстрее освободиться от мыльной воды? — спросила смущенного мальчика Наташа, — Ничего, сейчас мы тебя ей снова наполним. У Наташи заняло меньше минуты снова набрать клизму — опять мыльной водой, как и было обещано Коле. Увидев, как она изготовилась всунуть ему в попу оранжевую спринцовку, мальчик попытался сжать ягодицы, но в беззащитной позе с прижатыми к животу коленями у него ничего не вышло.  — Посмотри, Марин, как напрягся, — захихикала Наташа и легонько пощекотала Коле мошонку. Отчаянно задрыгав от острой щекотки ногами, мальчишка тут же почувствовал, как ему в попу беспрепятственно скользнула клизма.  — Сколько в этот раз подержим? — спросила Марина Наташу, когда та полностью выжала клизму и быстро вынула ее наружу, — Тоже три минуты?  — Давай минуту, — сказала Наташа, — Мы с ним и так долго возимся. Мальчишке уже давно пора быть в постели.  — Слышал, Коля? — обратилась к мальчику Марина, — Давай, считай до шестидесяти. Вслух.  — Один, два, три, — начал считать Коля. Дождавшись, когда Коля досчитает до шестидесяти, Марина прекратила сжимать ему ягодицы. Как и в прошлый раз, мальчик сразу начал какать. Только теперь выходила в основном вода.  — Как с этим легко, — заметила Наташа, — Сразу какает после клизмы.  — Не забыл, что тебе еще полагается сделать? — спросила Марина у красного от смущения мальчишки, — Быстренько писай!  — Сейчас пописает! — усмехнулась Наташа и принялась щекотать Коле яички. Не продержавшись и полминуты, мальчик пустил между ног тонкий фонтанчик. Наташа приподняла Коле письку, направляя его струйку куда положено. Второй рукой медсестра продолжала легонько щекотать мальчишку.  — Так дрыгает ножками, — улыбнулась Марина, — Сейчас весь забрызгается.  — Ничего, вытрем, — сказала Наташа. Стряхнув с Колиной письки последние капли, Наташа принялась быстро вытирать ему попу мокрой салфеткой. После этого медсестра, как обычно, решила помазать мальчика между ног детским маслом.  — Не ёрзай! — прикрикнула она на извивающегося от щекотки мальчишку, — Можешь минуту полежать спокойно? С трудом вытерпев неприятную процедуру, Коля облегченно вздохнул, когда Марина наконец опустила его ноги вниз.  — Слезай! — приказала Наташа. Коля слез с пеленального стола и Наташа повела мальчика назад в спальную комнату — разумеется голышом — точно так же, как его привели в процедурную. Коридор был абсолютно пустым и на всём этаже стояла подозрительная тишина.  — Быстренько одевай пижаму, — шёпотом сказала Наташа, подведя Колю к его кровати. Мальчик нерешительно взял в руки белую майку и начал ее одевать. Майка была облегающей, как будто на размер меньше. Но самое интересное — с удивлением обнаружил Коля — у этой майки были зашиты рукава. Коля взглянул на лежащие на кровати пижамные штаны и недовольно поморщился — они тоже были зашиты снизу, как ползунки.  — Чего ты ждёшь? — раздражённо спросила Наташа, — Одевай штанишки. Коля быстро натянул штаны — такие же облегающие, как и майка.  — Залезай в кроватку, — сказала Наташа и дождавшись когда Коля накрылся одеялом, быстро подняла обе боковые решётки его кровати. В свои восемь лет Коля уже отвык от дневного сна. Тоскливо уставившись в потолок, мальчик с обидой подумал, что теперь ему предстоит всё делать, как детсадовцу — включая послеобеденный сон. Пролежав так еще пару минут, Коля сладко зевнул и с удивлением почувствовал, что начинает засыпать. Проснулся Коля от яркого света, бившего прямо в глаза. Быстро повернувшись на другой бок, мальчик попытался протереть глаза, но зашитые рукава пижамы не дали ему этого сделать. Вторым открытием была странная решетка прямо перед его носом. Вид остальных кроватей с поднятыми решетками окончательно вернул мальчишку к реальности. Вспомнив, где он находится, Коля чуть не заплакал от обиды. Ему предстояло провести в этой ужасной клинике целую неделю.  — Подъём! — раздался незнакомый молодой голос и Коля увидел прохаживающуюся вдоль кроватей девушку в белом халате. Как и большинство персонала клиники, эта девушка тоже была совсем юной — не старше 17 лет. «Одинадцатиклассница» — подумал Коля, быстро прикинув разницу в возрасте. Девушка подошла к Колиной кровати и приветливо улыбнулась мальчику. Коля не мог оторвать от нее взгляд. Каштановые волосы, собранные сзади в длинный хвост, серьезный взгляд огромных серых глаз, по-детски пухлые алые губки и такой же детский курносый носик. Такой наверное должна была стать через восемь лет Ленка из Колиного класса, в которую мальчишка был тайно влюблён.  — Ну что уставился? — с улыбкой спросила Колю незнакомая девушка и без всякого предупреждения резким рывком отдернула Колино одеяло. Не давая Коле опомниться, девушка начала бесцеремонно щупать его между ног.  — Как сразу покраснел! — засмеялась она, — И почему все новенькие такие стеснительные?  — Ты, Ксюша, всех подряд щупаешь между ножек? — засмеялась подошедшая к Колиной кровати вторая девушка в белом халате, — Даже если видно, что ребёнок сухой?  — Если он час назад описался, все уже давно могло высохнуть, — попыталась оправдаться Ксюша, — Только наощупь и определишь. Коля вспомнил, что вторую девушку звали Машей и она была нянечкой в старшей группе.  — Интересно, у вас в ясельной группе все нянечки такие подозрительные? — засмеялась Маша. Ксюша быстро опустила решетки Колиной кровати.  — Что лежишь? — посмотрела на Колю Маша, — Быстренько вставай и раздевайся. Коля встал с кровати и осмотрелся по сторонам. Большинство детей уже стояло перед своими кроватями голышом, чего-то ожидая. Остальные торопливо раздевались.  — Ты что не слышал, что тебе сказали? — повысила голос Маша, выжидающе посмотрев на Колю. Мальчик вздохнул и с неохотой начал раздеваться.  — Дай мне свою пижаму! — приказала Маша и забрала у Коли одежду, — А теперь становись перед кроваткой, как остальные. Коля послушно встал перед своей кроватью. Заметив, что Маша внимательно рассматривает его между ног, мальчик потянулся руками, чтобы прикрыться, но нянечка погрозила ему пальцем.  — Руки по швам! — строгим ... голосом приказала она. Дождавшись, когда все разденутся, Маша с Ксюшей еще раз прошлись по проходу, разглядывая голых детей.  — Смотри, Машка, какой у этого крошечный писюнчик, — засмеялась Ксюша показывая пальцем на одного из мальчиков, — Совсем как у трехлетнего. Это что, тоже один из сегодняшних новеньких? Я его у нас раньше не видела.  — Ага, — кивнула Маша, — Сегодня у нас трое новеньких. Коля вспомнил имя мальчика, которого обсуждали нянечки. Впрочем, обсуждения им оказалось мало и старшеклассницы решили пощупать ему письку. Красный от смущения Серёжа вынужден был полминуты терпеть, как нянечки со смехом трогали его между ног.  — Мы тебя, Оля, уже заждались, — обернулась Ксюша на показавшуюся в дверном проеме третью нянечку в белом халате. Оля несла в руках две большие сумки. Девушка достала из кармана непонятный список и медленно пошла с сумками по проходу, раздавая детям одежду. Как Коля и ожидал, одежда оказалась двух типов. Тем, кто был в ясельной группе, Оля давала ползунки, а «старшим» — колготки.  — Максим, ясельная группа, — сказала Оля Колиному соседу, давая ему ползунки с майкой. Мальчик сразу начал одеваться.  — Коля, — перешла нянечка к Коле, — Сейчас посмотрим, где ты... В старшей. Вот твои колготки с маечкой. Коля взял протянутую ему одежду и начал быстро одеваться. Через пару минут все уже стояли одетые. Ксюша собрала всех детей в ползунках и повела их в ясельную группу, а Маша построила в шеренгу своих и повела мальчиков в зал старшей группы. По пути туда нянечка завела детей в туалет и заставила каждого помыть руки.  — Сейчас будет полдник, — объяснила она. Зайдя вместе со всеми в зал старшей группы, Коля действительно увидел на столах полдник: стакан молока с печеньем. Кипяченое молоко было просто отвратительным, но нянечки, как обычно, настояли, чтобы каждый ребенок опустошил свой стакан.  — Если не хочешь пить молоко из стакана, сейчас отправлю в ясельную группу, и будешь пить его из детской бутылочки с соской, — пригрозила Коле Маша. После полдника дети были предоставлены сами себе. По крайней мере в зале было много разных игрушек, так что каждый мог себя чем-то занять. Коля выбрал «Лего» и, сев на ковер, принялся строить из конструктора космический корабль. Неожиданно мальчку сильно захотелось по-маленькому. Острый позыв усиливался с каждой минутой и когда терпеть стало совсем невмоготу, Коля вскочил на ноги и побежал в туалет. К его удивлению туда уже успела выстроилась небольшая очередь. Все столпились в первой, умывальной комнате, ожидая когда осовбодится какой-нибудь из унитазов.  — Что вы тут втроем делаете? — неожиданно послышался сзади знакомый строгий голос. Коля обернулся и увидел Свету. Заглянув в комнату с тремя унитазами, девушка понимающе улыбнулась.  — Быстренько в коридор! — приказала она, — Там будете ждать своей очереди. Трое мальчишек, включая Колю, неохотно вышли из туалета.  — Чего это они тут столпились? — поинтересовалась проходившая мимо незнакомая светловолосая девушка в белом халате.  — Света что-то шепнула на ухо девушке, после чего обе громко расхохотались. Коле показалось, что он услышал слово «мочегонное».  — Так вот почему выстроилась очередь в туалет, — сказала девушка, отсмеявшись, — И часто вы у себя в старшей группе так развлекаетесь?  — Пару раз в неделю, — ответила Света., — Обычно даем на полдник. Такое у тебя, Лариса, удивлённое лицо. Как будто вы в ясельной группе никогда этого не делали. Увидев, что из туалета вышел ребёнок, стоящий первым в очереди мальчишка тут же туда направился.  — Куда пошёл? — строго посмотрела на мальчика Света, загородив вход в туалет. Мальчик испуганно уставился на нянечку, не понимая, чего она от него хочет.  — Не пущу, пока не расскажешь мне правила поведения, — сказала она ребенку. Мальчишка начал перечислять правила поведения в клинике. Было видно, что он из последних сил терпит позыв писать.  — Стойте спокойно! — прикрикнула на стоящих перед ней детей Света, — Что это за танцы вы мне тут устроили! Мальчики перестали переминаться с ноги на ногу и пританцовывать на месте.  — Теперь вы двое рассказывайте правила, — обратилась Света к Коле и стоящему рядом с ним мальчику. Коля начал вспоминать рассказанные ему утром правила поведения в клинике, но не успел ответить, потому что обе нянечки оглушительно расхохотались.  — Только посмотри на него, Светка! — сказала смеющаяся Лариса, показывая пальцем Колиному соседу между ног. Повернувшись к стоящему рядом мальчику, Коля сразу увидел у него между ног большое мокрое пятно.  — Смотри, смотри! — дернула Ларису за рукав Света, — Еще один описался. Коля посмотрел на второго мальчика — по его голубым детским колготкам тоже быстро расползалось мокрое пятно. Лица обоих мальчишек были краснее пожарной машины.  — Вы почему описались? — строго спросила Света, — Смотреть на меня, когда я с вами разговариваю! Два мальчика посмотрели на нянечку с таким жалобным видом, как будто сейчас заревут.  — Что это такое? — продолжала отчитывать мальчишек Света, — Не могли потерпеть еще минуту? Описались у всех на виду.  — Как не стыдно, — укоризненно покачала головой Лариса, — Придется мне сейчас забрать вас двоих в ясельную группу.  — Их вообще в настоящие ясли нужно отправить, — не унималась Света, — Хуже двухлетних!  — Смотри, как покраснели, — улыбнулась Лариса, — Что, стыдно писать в штанишки? Вам действительно не в школу нужно ходить, а в ясли.  — А мокрые-то какие, — сказала Света, — Особенно тот, что справа. Это ж надо было так описаться. Света пощупала смущенного Колиного соседа между ног.  — Ну что молчите? — снова накинулась она на мальчиков, — Нечего сказать в своё оправдание?  — Я больше не бу-уду! — сказал стоявший рядом с Колей мальчик и громко заревел. Второй мальчишка еле сдерживался, чтобы не заплакать.  — Слёзы вам сейчас не помогут! — строго заяввила Света, — Вы знаете наше наказание за мокрые штанишки. Проведете остаток дня в ясельной группе.  — Пошли, — сказала мальчикам Лариса, взяв обоих за руки, — Кстати, у нас никто вам колготки сразу менять не собирается. Будете полчаса ходить мокрыми. Лариса увела описавшихся мальчков в ясельную группу. Коля продолжал стоять перед Светой, не зная, что делать. Позыв писать стал таким нестерпимым, что Коля с ужасом подумал, что он сейчас тоже намочит колготки.  — А ты зачем шёл в туалет? — с улыбкой поинтересовалась Света, — По-маленькому или по-большому?  — По-маленькому, — смущенно признался Коля.  — Еще спрашиваешь! — послышался совсем рядом Ксюшин голос, — Как будто не видно, что мальчишка хочет писать. Посмотри, как он переминается с ноги на ногу. Наклонившись к Ксюше, Света что-то шепнула ей на ухо.  — Так вот в чём дело! — засмеялась та, — Говоришь, двое уже описались? Это те, которых Лариса повела к нам? Света снова что-то зашептала Ксюше на ухо и та снова захихикала. У Коли появилось неприятное предчувствие. Судя по хитрым лицам нянечек, они точно что-то затеяли.  — Ах, вот какой ты хочешь провести эксперимент! — сказала Ксюша сквозь смех.  — Ш-ш-ш,...  — поднесла палец к губам Света. Света подошла к Коле и взяла его за руку.  — Пошли в процедурную, — сказала она, — Надо помазать тебя между ножек детским кремом. Коле не понимал, зачем нянечка решила мазать его детским кремом в такой неподходящий момент, не говоря уже о том, как он стеснялся этой процедуры.  — А в туалет? — попытался протестовать мальчик.  — Потом сходишь, — хитро улыбнулась Света. Света повела Колю в процедурную. Заметив следующую сзади Ксюшу, мальчишка обиженно хмыкнул. «Только ее там не хватало» — подумал он. В процедурной хозяйничали хорошо знакомые Коле Марина с Наташей.  — Марин! — засмеялась Наташа и дернула за рукав вторую медсестру, — Смотри, кого к нам опять привели!  — Что, снова ставить клизму? — спросила у Светы Марина.  — Мы в этот раз не на клизму, — объяснила Света, — Просто нужен пеленальный стол. Хочу помазать ребенка детским кремом.  — Понятно, — протянула Наташа. Процедурные медсестры вернулись к своему занятию — они, как обычно ставили очередному «клиенту» клизму. Коля подумал, что Марина с Наташей только этим весь день и занимаются — ставят детям клизмы.  — Только посмотри, Наташка, как покраснел! — улыбнулась Марина, задрав лежащему перед ней мальчику голые ноги, — Такой ты, Дима, стеснительный! Тебе что никогда не ставили клизму?  — Конечно в девять лет уже стесняется, — засмеялась Наташа, аккуратно обмазывая вазелином маленькую дырочку между детских ягодиц. Света с Ксюшей без труда подняли Колю на пеленальный стол. Сразу же уложив мальчика на спину, Ксюша быстро стащила с него колготки. Света тем временем принесла марлю и эмалированный детский горшок.  — На всякий случай, — с хитрой ухмылкой сказала она Ксюше и обе тихонько захихикали.  — Можно одолжить у вас детский крем? — обернулась Ксюша на процедурных медсестер.  — Лови! — улыбнулась Наташа, кинув нянечке светло-зеленый тюбик. Ксюша словила тюбик и передала его Свете.  — Сейчас хорошенечко помажу тебя детским кремом, — сказала Света, до отказа задрав вверх Колины ноги. Выдавив из тюбика на пальцы щедрую порцию белого крема, Света провела ладонью между Колиных ягодиц, заставив мальчика поежиться от неприятной щекотки. Нянечка как будто специально искала пальцами его самые чувствительные места.  — Хорошенько помажь мальчишке мошонку, — улыбнулась Ксюша.  — Сейчас я как следует займусь этим маленьким мешочком, — сказала Света, выдавливая на пальцы новую порцию крема, — Помажу его со всех сторон. Вот так. Коля задрожал от нестерпимой щекотки.  — Как сразу задрыгал ножками, — с улыбкой сказала Света Ксюше, играясь пальцами с Колиными яичками, — Все мальчишки так боятся щекотки. Непроизвольно расслабившись, Коля потерял контроль над мочевым пузырём и пустил сильную струю.  — Ой! — притворно удивилась Света, — Кто устроил фонтанчик между ножек? Света с Ксюшей громко расхохотались. Коля продолжал вовсю писать, не зная, куда деться от стыда.  — Надо быстренько подставить горшок, — спохватилась Ксюша, — А то мальчишка уже полстола успел забрызгать. Ксюша быстро придвинула к Колиной попе горшок.  — Направим струйку точно в центр горшка, — сказала Света, приподняв Коле письку, — Вот так.  — Так смешно смотреть на эту струйку, — улыбнулась Ксюша, — Обычно только малыши до года такое устраивают во время мазанья детским кремом...  — А чем он от годовалого малыша отличается? — заметила Света, — Точно так же писает и какает в памперсы. Нянечки снова засмеялись. Они продолжали обидно сравнивать Колю с грудным малышом, пока он не прекратил писать.  — Ничего себе, — улыбнулась Света, — Наполнил чуть-ли не полгоршка.  — Ага! — со смехом согласилась Ксюша, заглянув в детский горшок, — Специально для нас старался. Света отодвинула в сторону детский горшок и достала из ящика стола коробку со знакомыми Коле мокрыми салфетками.  — Чей это писюнчик? — шутливо спросила она Колю, обхватив салфеткой тонкую мальчишечью письку, — Кто только что пустил оттуда струйку? Аккуратно вытерев Коле письку, Света снова взяла в руки светло-зеленый тюбик. Нянечка не успокоилась, пока не помазала Колю везде детским кремом — сначала между ног, а потом, опустив их вниз, низ живота и лобок. Не забыла девушка и о маленькой детской письке. Коле хотелось провалиться под землю от смущения.  — Отправила бы тебя за этот фонтан в ясельную группу, — сказала мальчику Света, одевая ему колготки, — Но на первый раз прощаю.  — А что? — оживилась Ксюша, — Мы с удовольствием возьмем мальчишку. У нас сейчас недобор. Света помогла Коле слезть со стола и, попрощавшись с Ксюшей и процедурными медсестрами, повела мальчика в зал старшей группы. Вернувшись в зал, Коля попытался найти брошенный им конструктор «Лего», но того нигде не было. Мальчик хотел выбрать другую игрушку, но его окликнула Вика — нянечки собирали всех на прогулку. Внутренний двор клиники представлял из себя большую игровую площадку с горками, лесенками, качелями и парой песочниц. Дети сразу разбрелись кто куда, но нянечки их быстро собрали и разделили на две команды. После этого целый час если не больше был посвящен активным играм: эстафете, перебрасыванию мячами, разного рода прыжкам и другим упражнениям. Увлёкшись, Коля забыл о том, что он в клинике — всё напоминало интересный летний лагерь с симпатичными вожатыми-старшеклассницами. Однако хорошее быстро кончается. Снова построив всех в шеренгу, нянечки повели детей назад в здание клиники. Буквально через пять минут после возвращения в зал старшей группы Коля сильно захотел по-большому. Вспомнив, как прошел его единственный за этот день визит в туалет, мальчик густо покраснел. Впрочем другой вариант — обкакаться — был намного хуже. Коля вздохнул и побрел в туалет, надеясь, что туда в этот раз не наведается никто из бесцеремонныых нянечек. Сняв в умывальной комнате, как положено, колготки, Коля зашел во вторую комнату и присел над одним из унитазов. На его счастье туалет был абсолютно пустым — ни детей, ни нянечек. Коля начал тужиться, чтобы побыстрее покакать, пока туда не зашла какая-нибудь нянечка. В этот раз мальчишке удалось сходить по-большому без свидетелей. Тщательно вытерев попу, Коля встал с унитаза и отправился в умывальную комнату. Там он сразу одел свои колготки и только потом помыл руки. Облегченно вздохнув, что на этот раз всё обошлось, Коля вышел из туалета и направился по коридору в сторону двери старшей группы.  — Стой! — неожиданно услышал он Викин голос. Коля послушно остановился.  — Ходил по-большому? — спросила нянечка. Мальчишка кивнул, густо покраснев.  — Сейчас проверим, как ты вытер попу, — улыбнулась Вика, — А ну-ка спускай колготки! Коля нехотя спустил свои колготки до колен.  — Нагнись! — приказала Вика, — Вот так. Мальчик почувствовал, как нянечка вытирает его между ягодиц мокрой детской салфеткой.  — Вполне чистая попа, — сказала она.  — Давай я проверю, — послышался у Коли за спиной другой молодой голос. Повернув голову, Коля увидел Олю — одну из нянечек ясельной группы.  — Ты что мне не веришь? — засмеялась Вика....   — У нас в ясельной группе по-прежнему недобор, — хитро подмигнула Вике Оля. Снова заставив Колю нагнуться, Оля залезла мокрой салфеткой ему между ягодиц. В отличие от предыдущей нянечки она сразу углубилась пальцем в Колину дырочку.  — И это ты называешь чистой попой? — с победным видом показала Оля Вике грязную салфетку, — Придётся и этого мальчишку к нам забрать. Коля чуть не заплакал от обиды. Он так старательно вытирал в туалете попу, но придирчивая Оля, которая хотела забрать его в ясельную группу, всё равно добилась своего.  — Снимай колготки! — приказала Оля мальчику. Коля непонимающе уставился на девушку.  — Чего ты ждешь? — повысила голос Оля, — Снимай колготки! Тебе они в ясельной группе не понадобятся. У нас все ходят в ползунках. Не дожидаясь реакции мальчика, Оля быстро стянула с него салатовые колготки и отдала их стоящей рядом Вике.  — Пошли! — сказала Оля мальчишке, взяв его за руку. Нянечка повела Колю по коридору. Мальчик едва сдерживался, чтобы не заплакать от горькой обиды.  — Пополнение! — громко объявила Оля, открыв дверь ясельной группы.  — Еще одного привела? — засмеялась подошедшая к Оле Лариса, — Правильно. У нас недобор. Коля принялся считать находившихся в зале детей. Их действительно было немного — только пять. Все не только были одеты по-ясельному — в ползунки, но у половины мальчишек вдобавок были во рту соски-пустышки. Окружающая обстановка тоже заметно отличалась от старшей группы. Три пеленальных стола, большой стеллаж с эмалированными детскими горшками, несколько детских манежей — тут всё было приспособлено для малышей. И игрушки тоже были соответствующими — примитивные кубики, кольца, пирамидки, не говоря уже о погремушках. Подошла третья нянечка. Коля вспомнил, что ее зовут Ксюшей. Стоя перед тремя старшеклассницами в одной короткой майке, Коля сильно стеснялся.  — Такой хорошенький! — умилительно улыбнулась Ксюша, разглядывая Колю. Оля куда-то ушла, оставив Колю под присмотром Ксюши с Ларисой.  — Как тебя зовут? — поинтересовалась Лариса.  — Коля, — смущенно ответил мальчик.  — И за что тебя сюда привели? — поинтересовалась Ксюша, — Наверное за грязную попу? Красный от смущения Коля молча кивнул.  — Сейчас посмотрим! — улыбнулась Ксюша и, обойдя Колю сзади, бесцеремонно раздвинула ему ягодицы.  — У нас тебе не придется об этом беспокоиться, — сказала Коле Лариса, — В ясельной группе всем вытирают попы нянечки. Заметив, как Лариса с улыбкой уставилась ему между ног, Коля еще больше покраснел. Девушки продолжали обсуждать его еще несколько минут, пока не вернулась Оля. Мальчишке хотелось провалиться под землю от смущения.  — Смотри, какие я тебе принесла ползунки, — улыбнулась Оля, присев перед мальчиком на корточки, — Морские. Коля взглянул на белые ползунки с забавным рисунком: корабликами, якорями, рыбками и прочей морской тематикой. «И где они берут такие большие ползунки?» — удивился мальчик.  — Давай правую ножку, — попросила Оля, — Теперь левую. Сейчас оденем Коленьке ползунки.  — У нас всех одевают и раздевают взрослые, — напомнила Коле Лариса, — Потому что ясельные малыши еще не умеют сами одеваться.  — Ну вот, — довольно улыбнулась Оля, застегнув шлейки Колиных ползунков, — Теперь совсем другое дело. Сразу видно, что ясельный карапуз. Нянечки дружно засмеялись, снова вогнав Колю в краску. Взяв мальчика за руку, Оля отвела его в один из больших манежей. Мальчик тоскливо оглядел валявшиеся вокруг примитивные игрушки, совершенно не представляя, чем заняться. Единственным утешением было то, что бесцеремонные нянечки наконец оставили его в покое. Прошло больше часа. Коля по-прежнему скучал в детском манеже. Он уже успел построить из кубиков все, что только можно. У мальчишки мелькнула мысль, что было бы интересно разломать погремушку, чтобы посмотреть, что находится внутри.  — Та-ак, — неожиданно услышал он Ларисин голос, — Сейчас посмотрим, кому пора на горшок. Коля повернулся на голос и увидел Ларису. Нянечка стояла у стеллажа с горшками и листала загадочный толстый журнал.  — Ну что? — поинтересовалась подошедшая к Ларисе Оля, заглянув через ее плечо в журнал, — Кого отправим на горшок?  — Колю! — объявила Лариса, — Мальчишке пора сходить по-маленькому. Лариса взяла со стеллажа голубой детский горшок и направилась к Колиному манежу.  — Вставай, Коля, — сказала она мальчику, открыв специальную калитку манежа, — Тебе пора сходить на горшок по-маленькому. Коля послушно встал и направился к нянечке. Лицо мальчика было очень обиженным. Коля по-прежнему не мог привыкнуть, что нянечки решают за него, когда надо ходить в туалет. Не говоря уже об отсутствии туалета в ясельной группе.  — Пошли, — сказала нянечка, взяв Колю за руку. Лариса подвела мальчика к небольшому кафельному пятачку рядом с пеленальными столами и поставила туда детский горшок. Рядом уже сидел на таком же голубом эмалированном горшке полноватый мальчишка лет девяти. Нянечка присела перед Колей на корточки и начала снимать с него ползунки.  — Становись перед своим горшком и писай! — приказала Коле Лариса.  — Как сразу покраснел! — засмеялась подошедшая к Ларисе Оля, — Ты сейчас в яслях, так что нечего стесняться. Давай, писай!  — Малыши ясельного возраста наоборот любят у всех на виду писать в горшок, — добавила Лариса, — Особенно мальчики. Моему маленькому племяннику так нравится всем демонстрировать, как он умеет пускать струйку.  — Сейчас нам Коля это тоже продемонстрирует, — с улыбкой сказала Оля и, присев рядом с мальчиком на корточки, приподняла ему пальцами письку, — Пись-пись-пись... Стоя в одной короткой майке, Коля не знал, куда деться от смущения. Ему действительно хотелось писать, но восьмилетний мальчишка абсолютно не представлял, как это можно делать на виду у незнакомых девушек.  — Кстати, ползунки свои ты получишь назад только после того, как пописаешь в горшок, — объяснила ребёнку Лариса.  — Ну что, Коля? — снова обратилась к мальчику Оля, — Так и собираешься стоять перед горшком с голой попой? Или всё-таки соизволишь туда пописать? Коля смущенно опустил взгляд. Неожиданно со стороны сидящего рядом на горшке мальчика послышалось характерное журчание.  — Бери пример с Витюши, — улыбнулась Оля, — Слышал, как он писает в свой горшок?  — Он уже наверное и покакать успел, — сказала Лариса и, раздвинув Вите голые ноги, заглянула между них в его горшок, — Ого! Видела бы ты, Олька, какую мальчишка наложил кучу.  — Не сомневаюсь, — засмеялась Оля, шутливо зажав нос, — А у Коли даже пописать не получается.  — Ты что, забыл, как это делается? — спросила Колю Лариса, — Напомнить тебе, зачем мальчикам нужен писюнчик?  — Я не хочу, — смущенно соврал Коля.  — Ага, так я тебе и поверила! — сказала Оля, легонько разминая пальцами Колину письку, — Кого ты тут пытаешься обмануть? Я же вижу, что тебе хочется по-маленькому. Нянечка была права. Размышляя, почему ему в самом деле так рано захотелось писать, Коля с обидой догадался, что на него по-прежнему действует мочегонное. Стеснительный восьмилетний мальчишка не знал, что ему ... делать: сходить при старшеклассницах на горшок или продолжать терпеть — в надежде, что нянечки в конце концов оставят его в покое.  — А это зал ясельной группы, — неожиданно услышал Коля со стороны двери незнакомый женский голос. Повернувшись на голос, мальчик увидел трех юных девушек в сопровождении незнакомой женщины, которая годилась ему в мамы. Коля принялся гадать, кто они такие, потому что все четверо были без белых халатов.  — Здравствуйте, Вера Андреевна, — первой приветливо поздоровалась с женщиной Оля.  — Здравствуйте, девочки, — ответила женщина, — Знакомьтесь — это наши будущие нянечки: Настя, Лена и Оксана. Оля с Ларисой тоже представились. Завязалась оживлённая беседа, из которой быстро выяснилось, что новые девушки были практикантками. Полноправными нянечками они должны были стать только на следующей неделе. Увлёкшись беседой, Оля с Ларисой казалось забыли о Колином существовании. Зато новые девушки постоянно с улыбками на него оглядывались. Вспомнив, что он стоит без штанов, Коля изо всех сил потянул вниз свою короткую майку, пытаясь прикрыться между ног.  — Смотри, Ленка! — толкнула другую практикантку Оксана.  — Такой стеснительный! — засмеялась Лена.  — Быстро отпустил маечку! — приказала Коле Лариса, — Ты же сейчас ее порвёшь. Коля неохотно отпустил майку.  — Кстати, а что эти двое тут делают? — поинтересовалась Настя.  — Один только что сходил на горшок по-большому, — показала Оля на сидящего на горшке Витю, — А второго мальчишку мы пытаемся заставить пописать.  — Помните, я вам только что объясняла разницу между старшей и ясельной группами? — спросила практиканток Вера Андреевна, — В ясельной нет туалета и все пользуются только горшками. Сейчас нянечки вам всё объяснят.  — Мы следим, чтобы все регулярно ходили на горшок, — начала объяснять Оля, — Каждые два часа по маленькому и через 20 минут после еды по большому.  — Так интересно, — улыбнулась Настя, — Значит у вас все ходят на горшок по расписанию?  — Можешь называть это расписанием, — сказала Лариса, — Мы ведем специальный журнал, где отмечаем, когда кто сходил по-маленькому и по-большому. И сразу же записываем, когда ребенку следует снова сходить на горшок. Лариса сходила к стеллажу с горшками и вернулась со знакомым Коле толстым журналом.  — Это один из новеньких? — неожиданно поинтересовалась у нянечек Вера Андреевна, показав на Колю, — Они все вначале такие стеснительные.  — И не говорите, — вздохнула Оля, — Уже пять минут уговариваем, чтобы пописал в горшок. Все повернулись в Колину сторону. Оказавшись в центре внимания, мальчик не знал, куда деться от смущения.  — Ну что, Коля? — обратилась к мальчишке Оля, — Ты будешь писать или нет? Даю тебе последний шанс.  — Такой смешной мальчуган! — улыбнулась Лена, — Он и вправду сейчас смотрится как ясельный карапуз: пухленький животик, кругленькая попка и писюнчик с яичками совсем как у маленького.  — Смотрите, как покраснел, — со смехом заметила Настя.  — Дети в яслях не должны стесняться нянечек, — сказала Лариса, — А ну-ка быстренько писай в горшок! Коля молчал, смущенно уставившись в пол.  — Сомневаюсь, что такой большой мальчишка будет по команде писать, — скептически заметила Настя.  — Сейчас заставим, — уверенно сказала Оля, — Ну что, Вера Андреевна, показать им, как это делается?  — Покажи, — улыбнулась Вера Андреевна и повернулась к практиканткам, — А вы смотрите и запоминайте. Чтобы знали, как поступать в подобной ситуации. Оля взяла Колю за руку и подвела к одному из пеленальных столов.  — Давай я тебе помогу, — сказала Лариса, направляясь к тому же столу. Вдвоем нянечкам не составило труда поднять Колю на пеленальный стол.  — Сейчас увидите, какой он у меня пустит фонтан, — сказала Оля практиканткам, укладывая Колю на спину, — Заставить ребёнка пописать на самом деле очень просто. Особенно мальчика. Почувствовав, как тяжелая взрослая ладонь опустилась ему на живот, Коля сразу же вспомнил процедуру, которую ему делали во время утреннего медосмотра.  — Сначала массируем животик, чтобы вызвать позыв по-маленькому, — пояснила Оля, принявшись гладить Коле низ живота, — Вот тут, снизу, где мочевой пузырь. Оля начала сильнее надавливать мальчику на живот, сделав и без того сильный позыв писать совсем нестерпимым.  — Обычно минуты-двух достаточно, — сказала она, продолжая массаж, — Массируем животик и внимательно наблюдаем за реакцией ребёнка. Надо успеть задрать карапузу ножки за пару секунд до того, как он пустит струйку. Чтобы малычишка ничего себе не забрызгал.  — Если бы еще знать, как словить этот момент, — вздохнула Настя.  — У мальчиков всё очень просто, — улыбнулась Оля, — Видите, как у карапуза зашевелился писюнчик? Самый верный признак, что ребёнок вот-вот пустит оттуда струйку. Все с любопытством уставились Коле между ног. Мальчику хотелось провалиться под землю от смущения. Но самое обидное, нянечка была права — он действительно из последних сил терпел мучительно острый позыв писать.  — Задираем ножки, — пояснила Оля, задрав Колины голые ноги вверх, — Вот так, до отказа. Чтобы коленки были прижаты к груди. Оля попросила Ларису принести ей детский горшок и поставила его у Колиной попы.  — И где обещанная струйка? — спросила Оксана, в голосе которой слышалось разочарование.  — Пись-пись-пись, — начала ласково приговаривать Оля, приподняв пальцами маленькую детскую письку, — Кто сейчас пустит фонтанчик?  — Такой упрямый будет еще полчаса терпеть, — проворчала Лариса.  — Опытная нянечка должна знать, как бороться с детским упрямством, — хитро подмигнула практиканткам Оля. Неожиданное прикосновение чужих пальцев к мошонке заставило Колю вздрогнуть.  — Ох, как мы сейчас пописаем, — ласково обратилась к мальчику Оля, легонько перебирая пальцами у него за яичками, — Смотри, Коля, как все ждут, когда ты пустишь струйку.  — Так забавно дрыгает ножками, — улыбнулась Лена.  — А смотри, как мальчишка ерзает и пытается увернуться от ее пальцев! — со смехом добавила Оксана.  — Кстати, ножки лучше зажать, — сказала Оля, — Вот так. Лишенный возможности двигаться, Коля чуть не заплакал от своей беспомощности. Теперь, когда он не мог дрыгать ногами, стало просто невозможно терпеть мучительно острую щекотку. Дрожа всем телом, мальчик не выдержал и начал писать.  — Какой фонтан! — засмеялась Настя.  — Специально для вас старается, — усмехнулась Оля, продолжая щекотать Коле яички, — Кстати, не забывайте, что мальчикам надо держать писюнчик, направляя струйку куда положено.  — Так смешно сейчас наблюдать за мальчишкой, — улыбнулась Лена, — Только посмотрите на этот фонтанчик!  — Что, никогда не видела, как мальчики писают? — со смехом спросила Лариса.  — Малышей видела, но такого большого... — улыбнулась Лена, — Сколько ему? Семь?  — Восемь, — сообщила Оля.  — И я никогда не думала, что увижу, как восьмилетний мальчишка при всех писает, — с улыбкой сказала Оксана,...  — Тем более в такой смешной позе: на спинке с задранными вверх ножками.  — И не говори, — засмеялась Настя, — Заставили мальчишку писать, как грудного — лёжа на пеленальном столе. Коля продолжая вовсю писать, не зная, куда деться от стыда.  — Так вот оказывается как щекотка на мальчиков действует! — с улыбкой заметила Оксана, — Теперь буду знать.  — Выходит щекоткой можно всегда заставить карапуза пописать? — неуверенно спросила Лена, — Независимо от того, хочет он на горшок или нет.  — Если не хочет, никак не заставишь, — сказала Оля, — Потому что сама по себе щекотка не вызывает у ребёнка позыва по-маленькому. Она просто не дает его терпеть.  — Щекотка просто заставляет ребёнка расслабиться, — пояснила Оля.  — Я так и подумала, — сказала Настя, — Сначала карапузу надо помассировать низ живота, чтобы вызвать позыв по-маленькому. И когда увидишь, что ребёнок почти не может терпеть, нужно его пощекотать, чтобы расслабился и пустил струйку.  — Кстати, а как лучше всего это делать? — поинтересовалась Оксана.  — Щекотать? — улыбнулась Оля, — Мальчикам удобнее всего легонько трогать мошонку. И еще вот тут, за яичками. У мальчишек там самое щекотное место. Отодвинув в сторону горшок, Оля опустила Колины ноги вниз.  — Видите, как всё просто, — сказала она практиканткам, вытирая Коле письку мокрой салфеткой.  — Действительно просто, — улыбнулась Настя, — Я об этом приеме и не подозревала. Увидев у нянечки в руках свои ползунки, Коля облегченно вздохнул. Оля быстро одела мальчика и сняла его со стола.  — Беги вон туда, к телевизору, — показала она Коле, — Воспитательница уже поставила мультики. Коля направился к остальным детям, сидящим перед большим телевизором, и принялся смотреть со всеми мультики. Постепенно мальчик так увлёкся, что не заметил, ка прошло полтора часа.  — Ужин! — объявила воспитательница, выключив телевизор. Дети поплелись в угол зала, где стояли низкие детсадовские столы. Там их уже ждали нянечки. Коля уселся за стол и неприятно поморщился, увидев, как в нему направляется Лариса со светло-желтым детским слюнявчиком. Мальчишка оглянулся по сторонам — всем остальным нянечки тоже одевали слюнявчики.  — Вот так, — ласково улыбнулась Лариса, завязывая шнурки Колиного слюнявчика, — Все малыши кушают в слюнявчиках. К детским столам подошла воспитательница. Она держала поднос, заставленный — Коля не поверил своим глазам — баночками с детским питанием.  — А ты думал, чем в яслях кормят? — засмеялась Лариса, заметив Колино удивление. Лариса взяла с подноса четыре баночки и уселась рядом с Колей на низкий детсадовский стул.  — Открывай рот пошире! — приказала нянечка и начала кормить Колю с ложечки овощным пюре. Восьмилетний мальчишка машинально ел ложку за ложкой. Происходящее казалалось сном — настолько нереально было это кормление с ложечки.  — Летит самолётик! — ласково приговаривала Лариса, принявшись за третью баночку детского питания, — Прямо Коленьке в ротик. Как наш малыш хорошо кушает. Скормив Коле еще несколько ложек, нянечка вытерла ему рот салфеткой.  — И последняя баночка, — сказала она, — Давай, Коля. За папу, за маму. А эту ложечку за бабушку с дедушкой. Снова пришла с подносом воспитательница. На этот раз там были детские бутылочки с молоком.  — Можно еще одну? — попросила Лариса, когда воспитательница поставила на Колин стол бутылочку.  — Не боишься, что описается? — улыбнулась воспитательница.  — Я скоро заставлю мальчишку сходить на горшок, — сказала Лариса. Коля обиженно посмотрел на Ларису. Ему совсем не хотелось пить дополнительную бутылочку противного кипяченого молока.  — Пей! — приказала нянечка, всунув мальчику в рот детскую бутылочку с ссоской. Мальчишке ничего не оставалось, как выпить две бутылочки. По крайней мере сейчас у молока не было подозрительного привкуса, как во время полдника, когда нянечки подмешали туда мочегонное.  — Молодец! — похвалила Колю Лариса, когда он допил молоко, — Сейчас сниму твой слюнявчик. После ужина дети снова были предоставлены сами себе. Коля присоединился к группе мальчишек, строивших из кубиков большой город. Почувствовав, что ему захотелось по-большому, Коля удивился, почему он сегодня так часто ходит в туалет. Впрочем, слово «туалет» в ясельной группе было неуместно. Коля покраснел, представив, что ему придется проситься на горшок. Был еще один рискованный вариант — незаметно выскользнуть в коридор и сходить в туалет старшей группы. Коля оглянулся по сторонам и убедившись, что все нянечки заняты своими делами, направился к двери в коридор. Там его ждало жестокое разочарование — дверь свободно открывалась только снаружи. Для того, чтобы открыть ее изнутри, требовалась специальная карточка. Коля в отчаянии пнул дверь ногой. Позыв по-большому был таким сильным, что мальчику пришлось напрячь все силы, чтобы не обкакаться. Мальчишка начал решать, к кому подойти. Самой «доброй» из нянечек казалась Лариса. К тому же она была самой красивой. Коля еще раз взглянул в угол зала, где сидела Лариса и быстрым шагом направился к нянечке.  — Что случилось? — с улыбкой спросила подошедшего Колю Лариса.  — Мне надо в туалет, — признался Коля и густо покраснел.  — По маленькому или по большому? — задала обычный вопрос нянечка.  — По большому, — ответил Коля, покраснев еще больше. Лариса открыла рот, чтобы что-то сказать, но ее перебила подошедшая сзади Оля.  — Разве так просятся на горшок? — строго посмотрела она на мальчика. Коля не понимал, чего от него хотят. Из последних сил сдерживая мучительный позыв по-большому, он был согласен на всё — даже на горшок.  — Чего молчишь? — повысила голос Оля, — Скажи громко и внятно, что ты хочешь на горшок по-большому. Коля продолжал смущенно молчать.  — Мы тебя научим правильно проситься на горшок, — срого сказала Оля, — Повторяй за мной. «Тётя Лариса, я хочу какать!»  — Тётя Лариса, — начал повторять красный от смущения Коля.  — Громче! — приказала Оля, — Давай сначала.  — Тётя Лариса, я хочу... — сказал восьмилетний мальчик и неожиданно замолчав, громко наложив кучу себе в ползунки.  — Как проситься на горшок, уже научили, — засмеялась Оля, — Если бы ты еще сделал это вовремя... Обе нянечки громко расхохотались. Неожиданный спазм в животе заставил Колю увеличить кучу в штанишках.  — Что, обкакался? — спросила прибежавшая на шум Ксюша.  — Еще как! — со смехом сказала Оля, — Посмотри, какая у мальчишки куча в ползунках.  — Ай-яй-яй, — покачала головой Ксюша, осмотрев Колю сзади, — Ты почему не попросился на горшок?  — Попросился, — улыбнулась Лариса, — Только не так, как надо. Ну Олька и решила его научить, как правильно проситься на горшок. Смех, да и только. Все снова засмеялись. Коля не выдержал и заревел от стыда и обиды. Он был в таком шоке от случившегося, что не заметил, как начал писать.  — Смотрите, девчонки! — закричала Ксюша, — Карапуз еще и описался.  — Действительно вовсю мочит свои ползунки, — засмеялась Лариса....   — Что, Коля?, — ехидно спросила Оля, — Так понравилось какать в штанишки, что решил впридачу туда пописать?  — Как не стыдно! — неодобрительно сказала Ксюша.  — Проситься на горшок надо вовремя! — строго посмотрела на зарёванного мальчишку Оля, — А не терпеть до последнего.  — Придется отправить тебя к грудничкам, — вздохнула Ксюша.  — Не знаю, — неуверенно сказала Лариса, посмотрев на часы, — Не слишком ли поздно его туда отправлять? Скоро всех надо будет купать и укладывать спать.  — В самом деле поздновато, — согласилась Оля, — Сейчас подумаю, как наказать его по-другому. Оля неожиданно широко улыбнулась.  — Я кажется видела в подсобке трехколесный детский велосипед, — заметила она.  — Велосипед? — с недоумением посмотрели на Олю Лариса с Ксюшей.  — Сейчас увидите, — сказала Оля и куда-то ушла. Вернувшись через пару минут, нянечка действительно принесла маленький трёхколесный велосипед.  — А ну-ка иди сюда! — позвала она Колю. Обкакавшийся мальчишка стоял, боясь пошевелиться. Оля взяла его за руку и подвела к велосипеду. Каждый Колин шаг был ужасно неприятным из-за перемещающейся между ног скользкой кучи.  — А теперь садись на велосипед! — сказала мальчишке Оля и не дожидаясь Колиной реакции, насильно посадила его на велосипед. Коля поморщился, почувствовав, как теплая куча расползлась в разные стороны, заполняя каждый уголок у него между ног.  — Ноги на педали! — скомандовала Оля, — На старт... внимание... марш! Начинаем специальный репортаж с велозаезда грязных штанишек. Велосипедисту Коле предстоит сделать три круга по залу ясельной группы. Коля начал крутить педали, сразу же услышав в ползунках противное чавканье. Восьмилетний мальчишка еле помещался на трёхколесном велосипеде, не говоря уже о том, как неудобно было сидеть на маленьком треугольном сиденье с кучей между ног.  — Быстрее! — принялась подгонять мальчика Оля, — А то добавлю еще один круг. Коля поехал быстрее. Три нянечки продолжали идти за ним, обидно комментируя Колин конфуз. Мальчишка почувствовал, что его глаза снова стали мокрыми от слез. Проехав три круга, Коля вопросительно посмотрел на нянечек.  — Вставай, — сказала ему Лариса, — Сейчас я тебя подмою. Взяв мальчика за руку, нянечка подвела его к пеленальным столам.  — Залезай наверх, — скомандовала она и Коля неуклюже залез на стол. Дождавшись, когда он встал посередине стола, Лариса быстро расстегнула мальчику шлейки ползунков и начала их стаскивать вних — медленно и осторожно. По очереди освободив обе ноги ребенка от ползунков, Лариса бросила их в специальную корзину.  — Поворачивайся попой! — приказала она, доставая из зеленой коробки мокрую салфетку. Коля повернулся к нянечке спиной.  — Какой грязный! — услышал он сзади Олин голос.  — Конечно! — раздраженно сказала Лариса, — После твоего велозаезда. В Ларисином голосе слышалось явное неодобрение. Тяжело вздохнув, нянечка принялась вытирать Коле попу мокрыми салфетками.  — А теперь ложись на спинку, — сказала мальчику Лариса, — Хорошенько помою тебя между ножек. Лариса снова развернула Колю к себе лицом и осторожно уложила на спину. Порывшись в верхнем ящике стола, нянечка достала оттуда две маленькие тряпочки и флакончик с жидким мылом. Оставив Колю под присмотром Оли, Лариса сходила к раковине, чтобы намочить свои тряпочки. Вернувшись, она сразу же задрала Коле вверх ноги.  — Давай я подержу мальчишку, — предложила Оля, — Чтобы у тебя обе руки были свободны.  — Спасибо, — сказала Лариса и наскоро намылив одну из тряпочек, принялась протирать Коле между ягодиц.  — Интересно, почему ты всегда подмываешь детей по-старинке, тряпочкой? — удивилась Оля, — Одноразовыми салфетками намного удобнее.  — Салфетками я вытираю только мокрых, — объяснила Лариса, — А обкакавшихся нужно хорошенько мыть между ножек с мылом. Коля испуганно замер, почувствовав, как намыленная тряпочка углубилась в его чувствительную дырочку.  — Как сразу испугался! — улыбнулась Лариса, продолжив скользить тряпочкой вверх-вниз между детских половинок. Не в силах терпеть острую щекотку, Коля отчаянно задрыгал ногами  — А за яичками как грязно, — сказала Лариса, — Надо как следует там помыть. Сложив тряпочку треугольником, Лариса принялась нестерпимо щекотно мыть Коле мошонку, не обращая внимания на его отчаянные попытки увернуться.  — Я знаю, что щекотно, — ласково улыбнулась она мальчку, — Надо потерпеть. Должна же я как следует помыть тебя между ножек.  — Давай я зажму карапузу ножки, чтобы он тебе не мешал, — сказала Оля и словив обе Колиных ноги, крепко их зажала. Коле пришлось еще полминуты терпеть мучительно острую щекотку, пока Лариса тщательно протирала его между ног своей намыленной тряпочкой. После этого нянечка быстро вытерла мальчику те же места второй, чистой тряпочкой, чтобы смыть мыло.  — Теперь спереди, — сказала девушка, махнув Оле, чтобы та опустила Колины ноги вниз. Намыленная тряпочка быстро заскользила по Колиному животу, спускаясь всё ниже и ниже.  — Вот так, от одной складочки к другой, — ласково приговаривала Лариса, щекотно протирая Коле лобок, — А теперь помоем эту маленькую писульку. Чужие пальцы бесцеремонно приподняли Колину письку, заставив его покраснеть.  — Такой ты стеснительный, — засмеялась Лариса, — Ничего, привыкнешь. Коля обиженно посмотрел на девушку. Он не представлял, как можно привыкнуть к подобной процедуре — когда тебя подмывают у всех на виду как ясельного. Причем занимается этим не какая-нибудь бабушка, а симпатичная девчонка-старшеклассница. — Ну вот и всё! — улыбнулась Лариса через полминуты, отложив тряпочку в сторону.  — Я бы не одевала ему сейчас ползунки, — заметила Оля, — Через полчаса купать.  — И вправду не стоит, — согласилась Лариса, — Ничего с мальчишкой не случится, если походит полчаса с голой попой. Лариса потянула Колю за руку, чтобы он встал. Мальчишке было обидно, что его оставляют без ползунков, но он решил не выступать, чтобы нянечки поскорее от него отстали.  — Иди к воспитательнице, — подтолкнула Колю Лариса, сняв его со стола, — Она сейчас почитает всем сказку. А потом купаться и спать. Коля подошёл к группе сидящих перед воспитательницей детей и тоже уселся на низкий детсадовский стул. Сказка была такой же до тошноты знакомой, как и в прошлый раз. Дочитав тонкую детскую книжку до конца, воспитательница взяла другую. Коля лениво слушал историю о приключениях трёх поросят, гадая, куда нянечки начали уводить детей. Вскоре подошла Колина очередь.  — Пошли! — загадочно сказала ему Лариса. Коля встал и направился вслед за нянечкой. Оказалось, что вела она его в процедурную комнату. В процедурной уже вовсю шло купание. Коля сразу узнал медсестру Наташу. Кроме нее там находились все три нянечки ясельной группы и две из старшей: Маша и Света. Коля с удивлением заметил, что нянечкам всё равно, кого купать. Ясельные нянечки занимались мальчиками из старшей группы и наоборот. Разумеется, все дети, кроме Коли, были голыми. Трое стояли в больших тазах, один на полу перед горшком и наконец, последнего, отчаянно сопротивляющегося ... мальчишку, Наташа с трудом удерживала на пеленальном столе. Заметив, что процедурная медсестра мажет того между ног детским кремом, Коля с обидой подумал, что ему тоже придется пройти через эту процедуру.  — Почему он у вас без штанишек? — с улыбкой поинтересовалась Маша, посмотрев на вошедшего в комнату Колю.  — Видела бы ты, как Коля полчаса назад обкакался, — сообщила Лариса, — Вот и решили не одевать ползунков после подмывания. Всё равно сейчас купать.  — Как не стыдно! — обернулась к Коле Света, — Правильно, что отправили тебя в ясельную группу.  — Ничего, у нас в клинике тебя научат вовремя проситься на горшок, — сказала Маша. Коля чуть не заплакал от обиды, что его снова стыдят за кучу в штанишках.  — Подними ручки, — попросила Лариса и быстро сняла с мальчика через голову майку, оставив его совсем голышом, — А теперь иди вон туда и становись рядом с Кирюшей. Сейчас я тебе тоже принесу горшок. Коля подошёл к стоящему перед горшком мальчику по имени Кирюша. Точно так же раздетый догола, как и Коля, семилетний мальчишка нерешительно мял пальцами свою маленькую письку, изредка поглядывая на хозяйничающих в комнате нянечек. Было заметно, что он сильно стеснялся.  — Перед купанием всем детям полагается сходить по-маленькому, — сказала Коле Лариса, поставив у его ног эмалированный детский горшок. Коля густо покраснел.  — Ну что вы вдвоем стоите? — повысила голос Лариса, — Забыли, как писать? Кирюша тяжело вздохнул и пустил в стоящий перед ним горшок тонкую струйку.  — Так-то лучше, — улыбнулась Лариса и повернулась к Коле, — А ты чего ждешь? Тоже писай в свой горшок. Лариса присела рядом с Колей на корточки и приподняла пальцами тонкую детскую письку.  — Пись-пись-пись, — начала ласково приговаривать нянечка, — Давай пописаем в горшочек.  — Ты его так еще полчаса будешь уговаривать, — заметила Света.  — Чего ты вообще с мальчишкой так церемонишься? — раздражённо сказала Оля, — Я бы уложила его на пеленальный стол и заставила писать как маленького.  — Как в прошлый раз? — усмехнулась Лариса, — Пожалуй придётся сейчас так сделать. Пошли, Коля!  — Не надо! — испуганно сказал Коля.  — Тогда писай в горшок! — приказала Лариса, — Мне уже надоело тебя уговаривать. Сделав над собой усилие, красный от смущения Коля начал писать в свой горшок.  — Ну наконец-то, — улыбнулась Лариса, по-прежнему державшая Колину письку, — Направим струйку вот сюда, в центр горшка.  — Смотрите, тот самый мальчишка! — неожиданно послышался со стороны двери знакомый голос. Повернув голову, Коля заметил вошедших в процедурную трёх практиканток: Настю, Лену и Оксану.  — Ага, — с улыбкой сказала Лена, — Тот самый, что пустил струйку, лёжа на пеленальном столе.  — Так интересно, — засмеялась Оксана, — Где его не найдем, все время писает.  — В этот раз стоя, как большой, — улыбнулась Лариса. Продолжая писать в свой горшок, Коля не знал, куда деться от смущения.  — Мы заставляем каждого сходить перед купанием по-маленькому, — объяснила практиканткам Лариса, стряхивая с Колиной письки последние капли, — Особенно мальчиков. Чтобы не писали в ванну.  — Неужели даже дети постарше этим занимаются? — удивлённо спросила Настя.  — Не знаю, как эти, — обернулась на Настю Маша, — Но мой пятилетний братик знаешь как любит пускать струйку в ванну во время купания.  — Лучше подстраховаться, — со смехом сказала Оля, — Если ребёнок в школьном возрасте мочит штанишки, от него всего можно ожидать. Все дружно засмеялись.  — У нас всем детям положено обязательное ежедневное купание, — снова начала объяснять практиканткам Маша.  — И купаете вы их конечно как малышей, — заметила Оксана, оглянувшись по ст оронам, — В тазиках и детских ванночках. Лариса подвела Колю к выступу в стене, на котором стояли большие тазы и детские ванночки. Все три таза были заняты и нянечка выбрала пластмассовую ванночку — к Колиному удивлению довольно внушительного размера.  — Ничего себе «детская ванночка»! — засмеялась Лена, — Никогда таких больших не видела.  — Так ты наверное и ползунки на ребенка школьного возраста в первый раз у нас увидела, — улыбнулась Лариса, начиная наполнять ванну водой, — Не говоря уже о наших «детских кроватках».  — У нас всё по специальному заказу, — объяснила Маша. Подождав, пока наберется ванна, Лариса проверила локтем температуру и скомандовала Коле забираться наверх. Мальчик залез на вымощенный белым кафелем выступ и осторожно ступил в наполненную горячей водой ванну.  — Что, вода слишком горячая? — спросила Лариса Колю, видя его нерешительность, — Давай, забирайся в ванну. Вот так. А теперь садись. Коля уселся в «детской ванночке», с удивлением отметив, что в свои восемь лет он там полностью поместился.  — Устроить что-ли для практиканток показательное купание? — задумалась Лариса и обернувшись к трём девушкам, поманила их к себе, — Идите все трое сюда!  — Правильно, — поддержала Ларису стоящая рядом Маша, — Пускай посмотрят всё от начала и до конца. Чтобы потом не задавали вопросов, как купать ребёнка. Три практикантки подошли к Колиной ванночке и с улыбками уставились на сидящего там голенького мальчика.  — Сначала я обычно даю ребёнку несколько минут понежиться в тёплой водичке, — сказала Лариса и, порывшись в настенном шкафчике, кинула Коле несколько резиновых игрушек для ванны.  — Какая прелесть! — засмеялась Лена, — У вас даже игрушки для купания есть.  — Чего сидишь такой хмурый? — с улыбкой спросила мальчика Оксана, — Не хочешь играться с уточками? Коля обиженно промолчал, разглядывая плавающие вокруг него примитивные игрушки для малышей: уточки, рыбки и кораблики.  — А я думала, тебе понравится купаться, — присоединилась Лена, — Все дети так любят ванну. Некоторых малышей вообще оттуда не вытащишь.  — Не хочет играться — не надо, — раздраженно сказала Лариса, — Сейчас начну его мыть. Лариса потянула Колю за руку, заставив мальчика встать. Заметив, как с улыбками уставились на него практикантки, Коля густо покраснел и прикрылся между ног.  — И что нам с тобой делать? — улыбнулась Лариса, мягко разняв Колины ладони, — До сих пор стесняешься стоять голышом? Намылив розовую губку, Лариса начала мыть мальчика: сначала шею, потом руки, спину, грудь, живот...  — Хорошенько везде помоем малыша, — ласково приговаривала она, — Чтобы был чистый-чистый. Коля обиженно хмыкнул, услышав, что его в очередной раз назвали малышом.  — Чей это пухленький животик? — шутливо спросила мальчика нянечка, протирая ему живот своей губкой. Заново намылив губку, Лариса принялась мыть Коле попу. Мальчик тут же сжал ягодицы, не пуская между них чужую руку.  — Это еще что такое? — повысила она голос Лариса, — А ну-ка быстро разжал попу! Лариса хитро подмигнула практикантам и бросила губку в воду.  — Тех, кто капризничает и сопротивляется, мы моем без губки, — пояснила она им, — Особенно попу и между ножек.  — Просто рукой? — удивилась ... Настя.  — Ага, — кивнула Лариса, намыливая свою ладонь, — Просто ладонью. Мальчишки этого ужасно не любят, потому что боятся щекотки. Слегка раздвинув Колины ноги в стороны, Лариса сильно нагнула мальчика вперед.  — Надо заставить нагнуться, — пояснила она практиканткам, — И чуть-чуть присесть. Вот так. Видите, как ребёнок сразу разжал ягодички? Теперь он никак не сможет мне помешать. Коля почувствовал, как чужая ладонь быстро углубилась между его половинок. Мальчик хотел сжать попу, но у него действительно ничего не получилось.  — Стой спокойно! — прикрикнула на ребёнка Лариса, еще сильнее нагнув его вперед. Лариса щекотно заскользила ладонью вверх-вниз между Колиных ягодиц. Иногда чужие пальцы трогали мальчику сзади мошонку, вызывая у Коли дрожь от нестерпимой щекотки.  — И конечно самое главное! — улыбнулась нянечка. Развернув Колю спиной к практиканткам, чтобы им всё лучше было видно, Лариса до отказа раздвинула пальцами детские ягодицы. В следующее мгновение Коля почувствовал, как чужой палец уткнулся в его чувствительную дырочку. Практикантки сдержанно захихикали.  — Видели бы вы, какое у него сейчас испуганное лицо, — улыбнулась Лариса, бесцеремонно углубившись пальцем в Колину дырочку.  — Никогда не думала, что детям надо это делать во время купания, — заметила Настя, еле сдерживая смех.  — Обязательно, — серьезно сказала Лариса, покрутив пальцем у Коли в попе, — Ты что, никогда не видела, как купают малышей? Нянечка быстро вытащила палец у Коли из попы и повернув его к себе лицом, слегка раздвинула мальчику ноги.  — У кого висит между ножек маленький мешочек? — ласково обратилась она к Коле, обхватив ладонью округлую мальчишечью момшонку, — Надо хорошенько его помыть. Вот так, со всех сторон. Коля загарцевал на месте от мучительно острой щекотки.  — Не можешь постоять спокойно, пока тебя моют? — повысила голос Лариса, — Или ты решил для нас потанцевать? Практикантки тихонько захихикали.  — Мошонку помыли. Теперь писюнчик, — улыбнулась Лариса, оставив наконец Колины яички в покое, — Подойдите поближе, чтобы вам все было видно.  — Это что какая-то хитрая процедура? — засмеялась Настя, подойдя вплотную к Колиной ванночке.  — Сейчас увидишь, — улыбнулась Лариса, приподняв Коле письку, — Сначала легонечко потянем за самый кончик. Вот так. А теперь надо полностью оттянуть кожицу. Смущенный Коля чуть не заплакал от неприятных манипуляций с его писькой.  — Непорядок, — нахмурилась Лариса, — Кожица только наполовину оттягивается. Практикантки с интересом посмотрели на процедурную медсестру.  — Ничего, наши медсестры знают, что с такими писульками делать, — улыбнулась Лариса.  — У мальчиков всё так интересно устроено, — заметила Оксана, разглядывая Колину письку.  — Обычный детский писюнчик, — пожала плечами Настя. Лариса начала осторожно намыливать одним пальцем оголенную Колину головку. Ощущение было таким неприятным, что Коля снова чуть не заплакал. Вдобавок сразу же сильно захотелось писать.  — Теперь польем водичкой, чтобы смыть мыло, — продолжила Лариса, — И возвращаем кожицу на место. Закончив возиться с мальчишечьей писькой, Лариса быстро намылила обе ноги ребенка — тоже без губки, голыми руками. После этого настала очередь мыть голову.  — Закрой глазки, — попросила Колю нянечка. Коля послушно закрыл глаза и тут же почувствовал, как ему на голову полился шампунь.  — Вот так, — приговаривала Лариса, моя мальчишке голову, — Намылили малыша с головы до ног. Пора отовсюду смывать мыло и шампунь. Включив душ, Лариса чуть ли не минуту молча поливала им Колю. По-прежнему стоящий с закрытыми глами мальчик испуганно вздрогнул, когда чужая рука неожиданно углубилась ему между ягодиц.  — Ну вот и всё! — объявила наконец нянечка. Коля осторожно открыл глаза.  — Вылезай из ванны! — приказала Лариса и взяв Колю за руку, помогла ему переступить порог пластмассовой «детской ванночки». Сходив к стоящему у противоположной стены шкафу, нянечка вернулась к Коле с большим желтым полотенцем и сразу закутала в него мальчика.  — Тщательно вытираем ребёнка, — пояснила она стоящим рядом практиканткам, — Особенно голову. Быстро вытерев Колю полотенцем, Лариса взяла голого мальчика на руки.  — А сейчас укладываем ребёнка на стол, — сказала она, — Надо помазать между ножек детским кремом. Лариса не без труда подняла Колю на пеленальный стол.  — Ложись на спинку, — ласково сказала мальчику нянечка, укладывая его на спину. Три практикантки обступили пеленальный стол, с улыбками рассматривая лежащего на нем Колю. Вспомнив, что он по-прежнему голый, восьмилетний мальчишка густо покраснел.  — Ножки вверх, — сказала Лариса, рывком задрав вверх Колины ноги, — Видите, как я уложила карапуза? Нужно до отказа задирать ножки, чтобы коленки были вот тут, у груди. Теперь у карапуза всё на виду и я могу трогать его между ножек, где захочу.  — Мальчишка так смешно выпятил вперед мошонку с яичками, — захихикала Оксана, — В самом деле как напоказ. Осознав свою полную беззащитность перед нянечкой, Коля чуть не заплакал от обиды.  — Сначала помажем между ягодичек, — начала комментировать свои действия Лариса, — Вот так, всей ладонью. Чужая ладонь щекотно заскользила между Колиных половинок вверх-вниз.  — А теперь займёмся дырочкой, — улыбнулась Лариса, — Надо просто легонечко помассировать одним пальцем. Вот так. Не удержавшись, Коля громко пукнул, вызвав всеобщий смех.  — Вот и попробовали Колину дырочку на прочность, — сказала смеющаяся Лариса. Нянечка выдавила на пальцы новую порцию детского крема.  — Мальчикам нужно всегда хорошенько мазать мошонку, — продолжила она, принявшись осторожно гладить пальцами розовый мешочек у мальчишки между ног. Щекотка была такой мучительно острой, что Коля, как обычно, задрыгал ногами.  — Все мальчики дрыгают ножками во время этой процедуры, — объяснила Лариса, продолжая щекотно мазать Коле кремом мошонку, — И грудные, и восьмилетние. Мальчишки не могут терпеть щекотку, когда их трогают между ножек.  — Может он сейчас еще и пописает? — со смехом спросила Лена, — Как в прошлый раз.  — Вот будет смеху, если мальчишка сейчас пустит струйку, — засмеялась Оксана, — Кстати, а писюнчик ты ему тоже будешь мазать?  — Обязательно, — кивнула Лариса, — Только для этого надо опустить ребёнку ноги. Нянечка опустила Колины ноги вниз.  — Спереди мажут низ живота, — сказала она, скользя ладонью по детскому животу, — Теперь лобок. Вот так. Обязательно складочки. Сначала левую, теперь правую. И конечно писюнчик. Быстро помазав Коле кремом письку, Лариса снова взяла в руки тюбик. На этот раз она просто закрутила колпачок, вызвав у Коли вздох облегчения.  — Ну вот и всё, — сказала нянечка, — Искупали, вытерли и помазали между ножек детским кремом. Запомнили, как всё делается? Практикантки дружно кивнули. Сняв Колю со стола, Лариса сразу одела ему тёплую майку с длинными рукавами, напоминающую ночкую рубашку.  — Сколько еще осталось? — поинтересовалась Лариса ... у Наташи.  — Трое, — ответила Наташа.  — Мы с ними быстро управимся, — уверенно сказала Оля. Взяв Колю за руку, Лариса отвела его в зал старшей группы, где Коля насчитал одинадцать мальчиков — все в таких же длинных майках, как и он. Дети сидели перед телевизором и смотрели мультики. Догадавшись, что сюда всех отводят после купания, Коля сел на свободный стул и принялся смотреть вместе с остальными детьми телевизор. Прошло около получаса. Коля оглянулся по сторонам, чтобы посчитать детей. К этому времени перед телевизором собрались все.  — Быстренько разбились по парам и построились! — приказала воспитательница, выключив телевизор, — Сейчас тётя Маша отведет вас в спальную комнату. Дети с явным неудовольствием встали со стульев и начали строиться. По приходе в спальную комнату всех мальчиков, как обычно выстроили в проходе — каждого у своей кровати. После этого Маша приказала детям раздеться догола.  — Построила? — спросила вошедшая в комнату Наташа, быстро окинув взглядом стоящих голышом мальчишек. Коля насторожился — приход процедурной медсестры не сулил ничего хорошего. Предчувствие его не обмануло. Достав из кармана знакомую белую коробку, медсестра начала ставить всем слабительные свечки. Наташе помогала одна из нянечек — Ксюша. Коля наблюдал, как девушки быстро и ловко управляются с детьми, со страхом ожидая своей очереди.  — Ноги в стороны! — скомандовала Ксюша, подойдя к Коле, — А теперь нагибайся. Тяжелая взрослая рука нажала Коле на плечо, заставляя нагнуться. Наташа стояла рядом, держа наготове короткую белую палочку.  — Давай! — кивнула Ксюша медсестре, раздвинув руками Колины ягодицы Коля напрягся изо всех сил, пытаясь сжать попу.  — Ах, вот ты как! — насмешливо сказала Ксюша и принялась щекотать голенькому мальчику яички, мгновенно заставив его расслабиться. Почувствовав, как ему в попу быстро скользнул посторонний предмет, мальчишка чуть не заплакал от обиды. Даже под конец дня он никак не мог привыкнуть к бесцеремонным нянечкам. Единственным утешением было то, что слабительные свечки ставили абсолютно всем.  — Вроде всем поставили, — сказала Наташа, закончив возиться с последним мальчишкой, — Ну я пошла. Медсестра вышла из комнаты. Коля недоумевал, что будет дальше, а главное сколько ему еще стоять со свечкой в попе. Неприятное жжение внутри начинало потихоньку переходить в сильный позыв по-большому. Прошло еще пару минут. Мальчики по прежнему стояли у своих кроватей голышом, выжидающе поглядывая на двух хозяйничающих в комнате нянечек. Коля оглянулся по сторонам. Было заметно, что все дети тоже с трудом терпят позыв по-большому.  — Можно к вам? — неожиданно послышался со стороны двери смеющийся женский голос. Повернув голову, Коля увидел на пороге комнаты Олю. Нянечка была не одна — она привела с собой трёх практиканток. «Только их тут сейчас не хватало» — обиженно подумал мальчик.  — Укладываем спать, — пояснила Оля практиканткам, — Только сначала все должны сходить на горшок. По-маленькому и по-большому.  — Прямо тут? — с удивлением спросила Настя.  — А где еще? — засмеялась Маша. Практикантки медленно направились вперед, разглядывая стоящих по обе стороны голых мальчиков. Неожиданно остановившись напротив Колиного соседа, Оксана бесцеремонно потрогала мальчишке лобок.  — Такая нежная гладкая кожа, — улыбнулась она, обернувшись на стоящую рядом Лену, — Хочешь пощупать? Наклонившись к смущенному мальчишке, Лена, дотронулась пальцами до гладкого детского лобка.  — Мы следим, чтобы у ребенка была здоровая кожа между ножек — сказала Оля — Делаем специальные ванны и мажем несколько раз в день увлажняющим детским кремом. Лена начала по очереди смотреть на Колю и его соседа, словно что-то сравнивая у мальчиков между ног.  — Такие забавные писюнчики, — улыбнулась она, — У этого мальчишки чуть припухший, а у этого тонкий и с хоботком на конце. Девушка приподняла пальцами Колину письку. Повернув голову, мальчишка заметил, что второй рукой Лена точно так же держит письку его соседа.  — А как оба сразу покраснели, — засмеялась Лена, продолжая щупать детские письки.  — Подними им писюнчики повыше, — попросила Оксана, — Хочу сравнить яички. Лена задрала двум мальчикам вверх письки.  — Яички тоже разные, — заметила Оксана, щекотно потрогав Коле мошонку, — У этого немножко висят, а у этого смотрите какой аккуратный маленький мешочек.  — Это потому что ты их мальчишке трогаешь, — с улыбкой объяснила Маша.  — Как это? — удивилась Оксана.  — Потрогай еще раз, — улыбнулась Маша, — Ничего не заметила?  — Точно! — засмеялась Оксана, продолжая нестерпимо щекотно щупать Коле мошонку, — Смотрите, девчонки, как у карапуза прячутся вовнутрь яички, стоит только до них дотронуться.  — Никогда не слышала о кремастерном рефлексе? — улыбнулась Настя. Пощупав Колю между ног еще полминуты, Лена с Оксаной потеряли интерес к мальчику.  — Кстати, команды «вольно» никто не давал! — неожиданно строго сказала Ксюша, медленно шагая по проходу, — А ну-ка встали как положено! Ноги вместе, руки по швам, расправить грудь, подобрать животы! Все быстро подтянулись.  — Вот так и стоять! — приказала Ксюша, — А то согнулись, как старики. Ксюша начала вспоминать события дня — главным образом детские конфузы.  — Ты почему обкакался после завтрака? — строго спросила она одного из мальчиков, — Ну что молчишь? Видела бы ты, Машка, какую он наложил кучу себе в ползунки. Маша подошла к Ксюше и тоже начала стыдить мальчика. Тот стоял, красный, как рак, и смущенно оправдывался.  — А этот аж два раза описался, — перешла Ксюша к следующему мальчишке, — Сначала у вас в старшей группе, а потом у нас в ясельной. Что покраснел? Конечно, в девять лет должно быть стыдно мочить штанишки. Кстати, мне нянечки из грудной группы еще кое что рассказали — как ты у них пустил струйку во время подмывания.  — Серьёзно? — со смехом спросила Маша.  — Спроси у них сама, — улыбнулась Ксюша.  — И как к вам после этого относиться? — вздохнула Маша, — Только как к малышам. Маша с Ксюшей продолжили свой обход, вспоминая кто как писал и какал в штанишки. Через пару минут нянечки добрались до Коли.  — Про него я вообще молчу, — заявила Маша, — Два раза водили на клизму потому что отказывался ходить по большому.  — А какой устроил фонтан на пеленальном столе, — добавила Ксюша, — Когда Светка мазала его между ножек детским кремом. Нянечки дружно засмеялись, вогнав Колю в краску.  — Он у нас еще после ужина обкакался, — добавила Ксюша.  — Ничего, мы вас отучим писать и какать в штанишки, — решительно сказала Маша, — Ну что, кто мне сейчас продемонстрирует, как пользоваться горшком? Поставив на середину комнаты детский горшок, Маша обвела детей строгим взглядом. Мальчики смущенно молчали. Несмотря на то, что все едва могли терпеть сильный позыв по-большому, никому не хотелось садиться на горшок в одиночку.  — Что, нет добровольцев? — улыбнулась Маша, — Придётся назначить. Маша оглянулась по сторонам и остановила свой взгляд на одном из мальчиков.  — Андрюша!...  — позвала она, — А ну-ка иди ко мне! Мальчик тяжело вздохнул и подошёл к Маше.  — Куда сразу садишься? — дернула Андрюшу за руку нянечка, не дав мальчику сесть на горшок, — Забыл, что вначале нужно проситься? Давай! Ждёшь, пока я тебе подскажу?"Тётя Маша, я...»  — Тётя Маша, я хочу на горшок, — смущенно пролепетал Андрюша.  — Неправильно! Нужно сказать, что ты хочешь, — строго сказала Маша, сделав ударение на слове «что», — Попытка номер два. Нянечка выжидающе посмотрела на стоящего перед ней голенького мальчика.  — Тётя Маша, я хочу какать! — выпалил Андрюша и густо покраснел.  — Ну вот, совсем другое дело, — улыбнулась Маша, — Громко и внятно. Садись на горшок. Вот так. Покажи всем, как нужно правильно сидеть. Ну? Что нужно сделать? Правильно, раздвинуть ножки в стороны. Практикантки тихонько захихикали, прикрыв рты руками.  — А сейчас давай вспомним., что малыши делают, чтобы покакать, — продолжила Маша. Андрюша с недоумением посмотрел на Машу.  — Как же ты забыл? — улыбнулась нянечка, — Надо тужиться. Три практикантки снова сдержанно захихикали. Густо покраснев, Андрюша принялся тужиться и тут же начал громко какать.  — Какой молодец! — похвалила мальчика Маша, — Видишь, как всё было просто. Нагнувшись к Андрюше, Маша заглянула в его горшок.  — Ничего себе! — улыбнулась она, — Наложил такую кучу! Ш-ш-ш! Не надо смеяться. Не мешайте Андрюше какать. В наступившей тишине из Андрюшиного горшка послышалось характерное журчание.  — Я как раз хотела напомнить, что тебе еще надо сходить по маленькому, — улыбнулась Маша. Практикантки подошли к Андрюше поближе и с интересом уставились писающему мальчику между ног. Сидящий голышом на горшке мальчишка попытался сдвинуть ноги, но Маша не дала ему этого сделать.  — Такой стеснительный! — улыбнулась она, насильно раздвинув мальчику ноги, — Я думала, Андрюша наоборот хочет показать нянечкам, что он уже большой и умеет сам ходить на горшок и по маленькому, и по большому. Ксюша снова заглянула в детский горшок.  — Всё? — спросила она мальчика, — Или еще покакаешь?  — Всё, — смущенно ответил Андрюша.  — Тогда скажи нянечке, которая посадила тебя на горшок, что ты уже покакал, — сказала Ксюша, — Чего ты ждёшь? Забыл, как ее зовут?  — Тётя Маша, — тихо промямлил мальчик.  — Что, тётя Маша? — раздраженно посмотрела на него Ксюша.  — Тётя Маша, я уже покакал! — сообщил Маше Андрюша, покраснев от смущения.  — А еще что надо сказать? — вопросительно посмотрела на смущенного мальчишку Ксюша, — Ну? Надо попросить нянечку, чтобы она вытерла тебе попу. Всё тебе надо подсказывать. Практикантки тихонько захихикали.  — Тихо! — крикнула Ксюша, — Давай, Андрюша. Повтори всё сначала.  — Тётя Маша, я уже покакал, — повторил мальчик и проглотив комок, продолжил, — Пожалуйста вытрите мне попу.  — Как можно отказать ребёнку в такой просьбе! — засмеялась Маша, достав из кармана пакет с мокрыми детскими салфетками. Андрюша встал с горшка и Маша, нагнув мальчика вперед, начала старательно вытирать ему попу. Стоящие рядом практикантки с интересом наблюдали за действиями нянечки.  — Наверное уже можно сажать остальных, — сказала Ксюша, посмотрев на часы.  — Давай, — кивнула Маша.  — Быстренько достали из-под кроваток горшки! — приказала детям Ксюша, — Садиться только по моей команде! Дождавшись, когда все дети достали свои горшки, Ксюша вытащила из кармана секундомер.  — Можете садиться! — сказала она, — У вас на всё, как обычно, две минуты. Время пошло. Измученные ожиданием мальчишки плюхнулись на горшки. Большинство тут же начало какать. Помня о Колином упрямстве и безуспешных попытках заставить его сходить на горшок, Маша посадила перед мальчиком одну из практиканток — Лену. Девушка должна была уговаривать Колю и докладывать нянечкам обо всем, что происходит у него в горшке.  — Так и будешь сидеть? — спросила мальчика Лена, — Все уже вовсю какают.  — Сейчас заработает еще одну клизму! — грозно добавила Маша. Весь красный от смущения, Коля закрыл глаза, чтобы не видеть сидящую перед ним старшеклассницу и, сделав глубокий вдох, громко наложил в горшок большую кучу.  — Покакал! — радостно сообщила всем Лена. Наслаждаясь наступившим облегчением, мальчик не заметил, как начал писать.  — А сейчас начал писать, — громко доложила нянечкам Лена. Опомнившись, Коля быстро сомкнул ноги.  — Что, в восемь лет уже нельзя смотреть, как ты писаешь? — улыбнулась Лена, насильно раздвигая Колины ноги в стороны.  — Я тоже хочу посмотреть на его струйку, — сказала Оксана, присев рядом с Леной. Обе девушки внимательно уставились Коле в горшок.  — Всё! — сообщила Маше Лена, — Прекратил писать. Встряхнуть мальчишке писульку? Не дожидаясь Машиного ответа Лена засунула руку в горшок и несколько раз встряхнула Колину письку. Опешив от такой бесцеремонности, мальчик выпустил из письки короткую струйку.  — Какой вредный! — со смехом пожаловалась Оксане Лена, резко выдернув руку из горшка, — Пописал мне на руку. Обе девушки дружно замеялись.  — Надо было сначала поднять ребенка с горшка, — с улыбкой заметила Маша, — Вместо того, чтобы засовывать туда руку. Маша подошла к Коле и потянула его за руку, заставив встать с горшка.  — Сейчас вытру ему попу, — сказала она, доставая из специального пакета мокрую салфетку. Посвятив Колиной попе чуть ли не целую минуту, Маша отправила его к Ксюше, раздававшей детям пижамы.  — На! — протянула та Коле пижаму, — И только попробуй ночью описаться! Коля быстро облачился в пижаму и лёг в свою кровать. Нянечки возились с детьми еще минут десять. Дождавшись, когда последний ребёнок ляжет в постель, Маша с Олей начали поднимать всем боковые решетки. Коля бросил быстрый взгляд на настенные часы. Было еще довольно рано — часов девять. Но мальчишка так напереживался за день, что сейчас ему хотелось только одного — спать.  — Спокойной ночи! — сказала Маша, задернув шторы. Несколько раз зевнув, Коля повернулся на правый бок, устраиваясь поудобнее. Перед глазами маячила ненавистная решетка. Коля закрыл глаза, пытаясь вспомнить что-нибудь хорошее, и почувствовал, что засыпает. Проснулся Коля от совершенно непонятного ощущения. Казалось, что его раздевают. Мальчик с трудом открыл глаза и посмотрел в окно. Только-только начало светать. В комнате было довольно темно, но Коля сразу разглядел склонившихся над его кроватью двух незнакомых девушек в белых халатах. Судя по юному возрасту, обе были нянечками. Работавшие в клинике медсёстры были немножко старше.  — Сухой? — шёпотом спросила одна из девушек.  — Вроде сухой, — кивнула вторая, бесцеремонно пощупав мальчика между ног, — Сейчас сниму карапузу штанишки. Девушка быстро стащила с Коли пижамные штаны. Заметив, что она рассматривает его между ног, Коля сделал вялую попытку прикрыться.  — Какие мы стеснительные! — тихонько засмеялась девушка и быстрым рывком задрав Колины ноги вверх, обернулась на вторую нянечку, — Не ... тормози, Алёна! Ты что, еще не проснулась?  — Да ладно тебе, Ирка, — сказала Алёна, наклонившись над Колей, — Ты же знаешь, как я не люблю первую смену. Коля заметил в Алёниных руках странную белую палочку и в следующее мгновение ему в попу быстро скользнул посторонний предмет. Мальчишка даже не успел испугаться. Он просто не понимал спросонья, что нянечки с ним делают.  — Потерпи, солнышко, — ласково сказала Коле Алёна, — Мы просто померим тебе температуру.  — Не забывай, что это медицинское учреждение санаторного типа, — добавила Ира, — Мы должны следить за здоровьем наших маленьких пациентов. Догадавшись, что ему попросту всунули в попу термометр, Коля чуть не заплакал от обиды.  — Что же этот термометр никак не пикает? — нетерпеливо сказала Алёна, — Эти, электронные, обычно быстро работают.  — Наверное нужно запихнуть поглубже, — заметила Ира. Термометр неприятно зашевелился у Коли в попе, заставив мальчика поморщиться. Сразу сильно захотелось по-большому.  — Они все такие смешные, когда лежат с термометром в попе, — улыбнулась Алёна. Нянечки принялись с улыбками любоваться мальчишкой. Коля не знал, куда деться от смущения.  — Сколько этому, восемь? — спросила Ира.  — Ага, восемь, — подтвердила Алёна, сверившись с загадочной тетрадкой, — А писюнчик остался, как у малыша — с хоботком на конце.  — Я тоже заметила. — улыбнулась Ира, — Тут у половины мальчишек фимоз.  — Какой это фимоз? — возразила Алёна, приподняв пальцами Колину письку, — Смотри. Коля чуть не заплакал от неприятных манипуляций со своей писькой.  — Что? Не можешь больше оттянуть кожицу? — торжествующе спросила Ира, — Я же говорила, что у него фимоз.  — Фимоз — это когда вообще не оттягивается, — сказала Алёна, — Как у Андрюши. А у этого можно оттянуть чуть ли не наполовину.  — Да? — улыбнулась Ира, — И когда это ты успела проверить у всех писульки?  — Я у каждого новенького это проверяю во время подмывания, — объяснила Алёна.  — Какая ты хитрая! — сказала Ира и тоже тихонько засмеялась. Послышалось странное электронное пиканье.  — Ну наконец-то! — вздохнула Алёна, быстро вынув из Колиной попы термометр. Опустив мальчику вниз ноги, Ира начала натягивать на них пижамные штаны. Алёна тем временем старательно вытирала пластмассовый термометр мокрой салфеткой.  — А теперь молочко, — объявила она, достав неизвестно откуда детскую бутылочку с соской.  — Почему? — удивлённо спросил Коля.  — Никаких «почему»! — отрезала Алёна, сунув мальчику в руки бутылочку с теплым молоком, — Пей! У нас так положено.  — А что, уже подъем? — не унимался Коля.  — Подъем будет через час, — сказала Ира, — А сейчас мы просто меряем всем температуру. Выпьешь свою бутылочку и можешь снова спать. Коля взял в рот резиновую соску и начал послушно сосать из бутылочки молоко. Спросонья мальчика в самом деле мучила жажда. Быстро опустошив бутылочку, Коля положил ее на край кровати и повернулся набок, устраиваясь поудобнее. Вставать действительно было рано. Несколько раз сладко зевнув, Коля быстро заснул. Проснувшись во второй раз, Коля сразу зажмурился от яркого солнечного света. Судя по звукам в комнате, все уже тоже успели проснуться. Услышав рядом возню и пыхтение, Коля повернул голову влево и с удивлением посмотрел на полноватого соседа, неуклюже пытающегося вылезти из кровати. Это был девятилетний Алёша — один из двух новеньких, которого привели в клинику одновременно с Колей. Коля хотел напомнить Алёше о правилах, но мальчишка уже успел перелезть через боковую решетку. Неожиданно из коридора послышалось приглушенное пиканье — как будто сработала сигнализация. Не прошло и пяти секунд, как на пороге комнаты появилась нянечка. Коля вспомнил, что ее зовут Ирой.  — Это еще что такое? — тихо возмутилась Ира, взяв Алёшу за руку, — Быстро лёг в свою кроватку! Забыл, что оттуда нельзя вылезать! Ира опустила одну из решеток Алёшиной кровати и буквально втолкнула туда мальчика.  — До подъема еще десять минут! — строго сказала ему нянечка, поднимая решетку. Проводив нянечку взглядом, пока за ней не закрылась дверь, Коля снова повернулся к Алёше, пытаясь понять, почему тот беспокойно мечется на кровати. Сама постель была в довольно плачевном состоянии: подушка валялась где-то сбоку, из-под простыни показалась голубая клеенка, а одеяло было скомкано у Алёшиных ног. Неожиданно мальчишка зажал руками пах и густо покраснел. Присмотревшись внимательнее, Коля сразу понял, что произошло — Алёша описался. Бросив на Колю недовольный взгляд, Алёша быстро накрылся одеялом, чтобы никто не видел его позора. Коля отвернулся в другую сторону. Ему тоже очень сильно хотелось писать. Бросив быстрый взгляд на настенные часы, Коля прикинул, что ему придется терпеть еще целых семь минут. Так и вышло — едва минутная стрелка коснулась цифры 12, в комнате появилась Ира.  — Подъём! — объявила с порога нянечка. На этот раз она была не одна, а с Алёной.  — Быстро откинули одеяла! — приказала Алёна, — А теперь повернулись на спину и приготовились к осмотру! Нянечки медленно пошли вдоль кроватей, щупая каждого ребёнка между ног.  — Смотри, Ирка, как ерзает, — засмеялась Алёна, наклонившись над одним из мальчиков.  — Наверное хочет писать, — улыбнулась Ира.  — Терпи, — сказала мальчишке Алёна, — Ты знаешь наши правила. Сначала нянечки должны всех пощупать и только потом на горшок. Снова наклонившись над кроваткой, Алёна потянулась туда обеими руками и неожиданно громко расхохоталась.  — Ничего себе! — засмеялась Ира, заглянув в ту же кровать, — Он же писает себе в штанишки.  — Прямо при мне описался, — сообщила Алёна, — Как только начала щупать между ножек. Алёна в очередной раз нагнулась над лежащим в кровати ребёнком.  — Как не стыдно! — обратилась она к мальчику, — Прямо при нянечке описался! И не смотри на меня так! Что, не нравится, когда тебя мокрого щупают между ножек? Давай-ка снимем с тебя эти мокрые штанишки. Ой, да ты же до сих пор продолжаешь туда писать! Ну и оставайся в мокром. Ира с Алёной продолжили обход, щупая детей между ног и опуская решетки кроватей. Коля со странным злорадством ждал, когда нянечки обнаружат, что его сосед тоже описался.  — Ай-яй-яй, — неодобрительно покачала головой Ира, бросив беглый взгляд на Алёшу, — Вы только посмотрите, что творится. Вскоре нянечки обнаружили еще двоих мокрых детей. Коля начал подозревать, что во всём виновато молоко, которое всех заставили пить час назад.  — Привет, девчонки! — сказала появившаяся на пороге комнаты девушка постарше. Коля вспомнил ее имя — Надя. Она читала вчера трём новеньким вступительную лекцию.  — Ну что? — спросила Иру Надя, — Сколько мокрых?  — Четыре, — сообщила Ира. Встав посередине комнаты, Надя по-командирски уперла руки в бока.  — Быстренько встали! — приказала она мальчикам, — Четверо мокрых сразу ко мне. Остальным достать горшки! Мальчики достали из-под кроватей свои горшки.  — Все достали горшки? — осмотрелась по сторонам Надя, — Теперь раздевайтесь. Надя ... принялась с улыбкой наблюдать, как мальчишки торопливо раздеваются.  — А ты чего ждёшь? — неожиданно обратилась она к Коле, — Быстро снимай штанишки! Если я говорю раздеваться, это означает только одно — надо раздеться догола. Коля быстро стянул пижамные штаны и встал у своей кровати, как остальные мальчики. Он почти не мог терпеть сильный позыв писать. Оглянувшись по сторонам, Коля заметил, что все дети тоже переминаются с ноги на ногу и пританцовывают на месте.  — Теперь эта четвёрка, — повернулась Надя к стоящим в сторонке описавшимся мальчикам, — Идите сюда! Да-да, к зеркалу! А сейчас внимательно на себя посмотрите. Особенно ты, Вася. Каждое утро одно и то же. Как будто тебе семь месяцев, а не лет. Вот и отправишься сейчас в грудную группу. Медсестра перешла к другому мальчику.  — А тебе, Миша, что этой ночью приснилось? — ехидно спросила его Надя, — Наверное что-то страшное, раз ты так описался. Только посмотри на свои штанишки — мокрые сверху донизу. Знаешь что? Рано тебе еще носить штанишки. У тебя сегодня будет другая форма одежды — марлевый подгузник с пелёнками. Тоже к грудничкам! Следующий описавшийся мальчишка также был отправлен к грудничкам, а последнего — Алёшу — Надя пожалела, отправив его в ясельную группу. Медсестра продолжала отчитывать четверых описавшихся детей еще несколько минут, словно забыв о существовании остальных.  — Ой, не могу! — неожиданно вскрикнул стоящий напротив Коли мальчик и тут же пустил в свой горшок сильную струю. Медсестра мгновенно повернулась к писающему мальчишке.  — Ты почему без разрешения начал писать? — строго спросила его Надя, — В ясельную группу! Надя достала из кармана электронный секундомер.  — Взяли в руки писюнчики и направили их в горшки! — приказала она мальчикам, — Приготовились! Надя нажала кнопку секундомера.  — Наполняйте свои горшки, — сказала на, — Все, кто успеют пописать в установленное время, будут в старшей группе, а остальные — в ясельной. Увидев, как все мальчики дружно начали писать, Коля вздохнул и тоже пустил струйку.  — Прям как фонтаны в парке, — засмеялась Алёна.  — Какие там фонтаны! — со смехом сказала Ира, — Водопады. Особенно у этого. Ира с Алёной медленно пошли по проходу, комментируя, кто как писает.  — Разве так держат писюнчик? — неодобрительно сказала Алёна, подойдя к Коле, — Сейчас всё забрызгаешь. Алёна убрала Колину руку и взяла его письку своими холодными пальцами. Коле хотелось провалиться под землю от стыда.  — Стоп! — неожиданно объявила Надя. Собрав все силы, Коле удалось остановиться.  — Этих двоих в ясельную, — показала Надя на двух мальчиков, которые продолжали писать. Медсестра пошла по проходу, заглядывая в детские горшки.  — Почему так мало? — спросила она одного из мальчиков, — В ясельную группу! Там тебя научат как следует наполнять горшок. Кстати, вы должны были не только успеть пописать, но и встряхнуть писюнчики. Сейчас я у всех это проверю. Надя продолжила обход, встряхивая каждому мальчику письку. Если оттуда что-то капало, медсестра отправляла ребенка в ясельную группу. Коля с опаской ждал своей очереди.  — А этот специально остановил струйку, когда ты сказала «стоп», — сообщила Наде стоящая рядом с Колей Ира.  — Решил меня перехитрить? — прищурилась Надя, — У нас все должны писать до конца.  — Я честно уже пописал, — принялся уверять строгую медсестру Коля, чувствуя, что на глаза наворачиваются слёзы.  — А почему тогда горшок почти пустой? — спросила Надя.  — Я честно! — умоляюще повторил Коля, — Это всё!  — Сейчас проверим, — улыбнулась Надя и, присев перед мальчиком на корточки, начала ритмично нажимать ему на низ живота, сразу вызвав сильный позыв по-маленькому. Мальчишка терпел изо всех сил, но его хватило только на полминуты.  — Говоришь, ничего не осталось? — хитро улыбнулась Надя, принявшись щекотать второй рукой детскую мошонку. Задрожав всем телом, Коля пустил в горшок сильную струю.  — Ну что? — строго посмотрела на мальчика Надя, — Если бы не врал, пошел бы в ясельную группу — со всеми, кто не успел вовремя пописать. Но за обман отправишься сейчас к грудничкам.  — Все сходили на горшок? — раздался со стороны двери бодрый голос. Обернувшись, Коля увидел Машу с высокой стопкой одежды в руках. За ней следовала Лариса — тоже со стопкой одежды. Выяснив у Нади, кто идет в старшую группу, Маша начала раздавать мальчикам колготки с маечками. Лариса тем временем собрала своих — ясельных — и начала одевать им ползунки. «Грудничкам» разумеется никто одежды не принес.  — Пошли! — сказала Ира четырем «грудничкам», направившись к двери. Мальчики послушно последовали за нянечкой. Трое шли в мокрых пижамах и последний — Коля — голышом. Комната для грудничков оказалась сравнительно небольшой. Коля осмотрелся по сторонам — ничего особенного: шесть «детских кроваток» с решетками, два пеленальных стола, раковина, пара тумбочек и большой шкаф. Стены были оклеены светло-голубыми детскими обоями с забавным рисунком: зайчиками, белочками и мишками.  — Забирайся на стол! — приказала Ира одному из мокрых мальчиков, — Сейчас я тебя подмою.  — Ты тоже! — сказала Алёна Коле. Коля залез на пеленальный стол, раздумывая, что ищет в шкафу Алёна... На соседнем столе Ира уже успела раздеть догола своего мальчишку. Тот заметно стеснялся, особенно когда нянечка уложила его на спину и начала вытирать мокрой салфеткой между ног.  — Смотри, что я тебе принесла, — улыбнулась Алёна, вернувшись к Коле. Алёна быстро одела Коле странную рубашку без пуговиц  — Какая прелесть! — сказала она, любуясь на стоящего на пеленальном столе мальчика. Оторвавшись от своего занятия, Ира тоже с улыбкой посмотрела на Колю. Мальчишка густо покраснел, стоя в одной короткой рубашке, которая даже не прикрывала ему пупок.  — Знаешь, почему распашонки такие короткие? — обратилась Алёна к Коле, — Чтобы малыш ее не замочил, если описается.  — У нас в клинике всё есть, — добавила Ира, — Колготки, ползунки, распашонки. И конечно пеленки соответствующего размера. Алёна попросила Колю сесть.  — Сейчас буду тебя кормить, — сказала она мальчику. Еда была такой же, как и в ясельной группе. Алёна принесла четыре баночки детского питания и бутылочку с молоком. Повязав Коле слюнявчик, нянечка принялась кормить его с ложечки: сначала овощным, а потом фруктовым пюре.  — За маму, за папу, — ласково приговаривала Алёна, скармливая мальчику ложку за ложкой, — Какой молодец. Надо хорошо кушать, чтобы расти здоровым и набираться сил. Покончив с детским питанием, Алёна сунула Коле в рот бутылочку с тёплым молоком.  — Пей молочко! — сказала она, — А я схожу за пеленками. Алёна отошла к шкафу и начала там рыться. Через минуту нянечка вернулась к Коле с небольшой стопкой белья.  — Давай немножко подвинемся, — сказала она, пересадив Колю на край стола, — Чтобы освободить место для пелёнок. С опаской наблюдая за Алёниными приготовлениями, Коля все равно отказывался верить, что нянечка собирается запеленать его, как грудного. Мальчик принялся считать расстеленные посередине ... стола пелёнки: три были тонкими и одна — тёплой. Последним был уложен ровно посередине большой марлевый треугольник.  — Всё готово, — объявила Алёна, — Садись сюда. Ага, попой на марлю. А теперь ложись на спинку. Заставив Колю лечь на спину, Алёна начала оборачивать его между ног марлей.  — Проведем большой конец малышу между ножек, — ласково приговаривала она, — Только сначала направим писюнчик куда положено — вниз. Алёна поправила Колину письку. Коля не знал, стесняться ему или нет. Он настолько опешил от нереальности происходящего, что даже не сопротивлялся.  — А теперь накроем двумя боковыми концами, — продолжила Алёна, — Какой у нас получился аккуратный подгузник. Слово «подгузник» вернуло Колю к реальности. «Сначала детские колготки, потом ползунки, — с обидой подумал мальчишка, — А теперь вообще пёленки. Да что это такое!» Вдобавок вместо удобного памперса была обыкновенная марля. Представив, что он не сможет пошевелить ни руками, ни ногами, Коля не выдержал и громко заревел.  — Не хочу-у! — надрывался мальчишка, — Не надо!  — Ну что ты капризничаешь? — участливо посмотрела на Колю Алёна после безуспешной попытки обернуть ему ноги первой пеленкой.  — Не надо пелёнок! — ревел Коля, дрыгая ногами, — Я не маленький!  — Можешь мне помочь? — обратилась Алёна к стоящей у соседнего стола Ире. Ира подошла к Колиному столу и словив мелькавшие в воздухе голые ноги мальчика, прижала их вниз.  — Быстро успокоился! — приказала она таким грозным тоном, что у Коли по спине пробежали мурашки. Пошарив в ящике стола, Ира вытащила оттуда соску-пустышку и сразу же сунула ее Коле в рот.  — Не хочу соску! — закричал Коля, с отвращением выплюнув пустышку.  — Меня не волнует, хочешь ты ее или нет, — приказала Ира, снова засунув мальчишке в рот соску. На этот раз нянечка продолжала держать соску, чтобы Коля ее не выплюнул. Алёна тем временем снова начала оборачивать Колю между ног марлей.  — Ты что себе позволяешь? — строго посмотрела Ира на Колю, — Только попробуй сейчас выплюнуть соску! Обычно мы никого больше трех часов тут не держим, но для тебя сегодня сделаем исключение — оставим здесь до вечера. Причем пеленки тебе никто менять не будет. Ты этого хочешь? Целый день лежать мокрым? Коля с обидой посмотрел на нянечку, продолжая тихонько всхлипывать.  — Чтобы я от тебя сейчас ни единого звука не слышала! — приказала Ира, — Понятно? Испуганный мальчик быстро кивнул.  — А что с соской делать, тебя тоже не учили? — ехидно спросила мальчишку Ира, — Ее нужно сосать. Да-да, вот так! С причмокиванием. Ира на мгновение убрала руки, дав Алёне обернуть ноги ребёнка пеленкой.  — Запеленай его потуже, — попросила она Алёну. — В наказание за то, что сопротивлялся. Алёна продолжила пеленать восьмилетнего мальчишку. Теперь, когда Коля лежал спокойно, у нее всё получалось намного быстрее. У нянечки заняло меньше минуты обернуть ребенка четырьмя пелёнками. Почувствовав, что он действительно не может пошевелиться, Коля тихо заплакал — не выпуская изо рта соски — так его напугала Ира.  — Не плачь, солнышко, — ласково сказала Алёна, вытирая катившиеся по детскому лицу слёзы, — У нас всех пеленают. Вон еще трое мальчиков ждут своей очереди. Пошарив по столу, Алёна взяла в руки белую шапочку с тесемками. «Детский чепчик» — догадался Коля.  — Оденем малышу чепчик, — улыбнулась Алёна, — А теперь завяжем тесемочки. Вот так, на бантик. Ир! Иди сюда! Смотри, какой ляля.  — Такой хорошенький! — с улыбкой согласилась Ира, встав рядом с Алёной, — Жалко, фотографировать у нас запрещено. Ира с Алёной отнесли Колю в одну из кроватей.  — Интересно, долго он пролежит сухим? — усмехнулась Ира, поднимая решетки кровати.  — Опять хочешь со мной поспорить? — засмеялась Алёна, — Как вчера? Смеющиеся нянечки вернулись к пеленальным столам. Коля наблюдал, как они быстро и ловко пеленают остальных мальчишек. Не прошло и десяти минут, как все дети лежали в своих «кроватках». Минут пятнадцать стояла полная тишина. Коля оглянулся по сторонам. Все лежали с сосками во рту и молчали. Коля внимательно осмотрел комнату еще раз и, пользуясь отсутствием нянечек, осторожно вытолкнул изо рта надоевшую соску.  — Эта соска такая противная, — пожаловался он своим соседям, пытаясь завязать разговор.  — Кто разговаривал? — строго спросила мгновенно прибежавшая в комнату Ира. Окинув всех детей беглым взгядом, Ира без труда вычислила нарушителя — Коля был единственным, кто лежал без соски.  — Опять ты! — возмущенно сказала она, подойдя к Колиной кровати.  — Что случилось? — спросила прибежавшая в комнату Алёна.  — Выплюнул соску и начал разговаривать, — сообщила Ира, — Придется наказать. Попросить что-ли у процедурных медсестер слабительные свечки?  — Зачем тебе свечки? — улыбнулась Алёна, — Просто засунь в попу кусочек мыла — будет тот же эффект.  — Так и сделаем, — решила Ира., — Сейчас схожу за мылом. Можешь пока распеленать карапуза? Опустив обе решетки детской кровати, Алёна присела на самый край и принялась быстро разворачивать Колины пелёнки. Последним она развернула марлевый подгузник, оставив мальчика лежать в одной короткой распашонке. Заметив, как девушка разглядывает его между ног, восьмилетний мальчишка смущенно покраснел.  — Ножки вверх! — скомандовала подошедшая к Колиной кровати Ира и рывком задрала мальчику ноги. В следующую секунду что-то быстро скользнуло ему попу. Ощущение было просто ужасным — неприятно щипало внутри и сразу же мучительно сильно захотелось по-большому.  — Я решила вырезать кусок потолще, — пояснила Ира, — Чтобы карапуз не мог его сразу вытолкнуть. Ира начала быстро пеленать мальчишку. В отличие от Алёны она делала это очень грубо и бесцеремонно. Разумеется и запеленала она Колю намного туже, чем Алёна.  — Еще раз выплюнешь соску, приклею лейкопластырем, — пригрозила мальчику Ира, всунув ему в рот пустышку. Подняв решетки Колиной кровати, Ира молча вышла из комнаты, оставив дверь открытой. Через полминуты за ней последовала Алёна. Не в силах пошевелить даже пальцами на руках, Коля чувствовал себя абсолютно беспомощным. Не говоря уже о мыле в попе, превратившем лежание в пеленках в самую настоящую пытку. Не выдержав и пяти минут, Коля выплюнул соску и начал громко звать Алёну.  — Что хочешь? — спросила показавшаяся в дверном проеме Ира. Коля промолчал. Ему было обидно, что вместо доброй Алёны пришла бесцеремонная Ира. Впрочем, через пару секунд за Ирой в комнату зашла Алёна.  — Чего ты меня звал? — спросила она у мальчика.  — Мне надо в туалет, — смущенно признался Коля.  — Забудь это слово, — усмехнулась Ира, — У нас не то что туалета, даже горшков нет. Грудные малыши всё делают себе в подгузник. Коля смущенно покраснел.  — Давай, не стесняйся! — язвительно улыбнулась Ира, — Тебя специально для этого обернули между ножек в толстый марлевый подгузник. Восьмилетний мальчишка напрягся изо всех сил, пытаясь терпеть мучительный позыв какать.  — Ты же раньше — до того, как попал к нам в клинику — охотно использовал подгузники по ... назначению, — с той же насмешливой улыбкой продолжила девушка, — А теперь что изменилось? Я понимаю, что марлевые подгузники не такие удобные, как импортные памперсы, но назначение-то у всех подгузников абсолютно одинаковое. Коля обиженно поджал губы.  — Что надулся? — улыбнулась Ира, — Считаешь себя большим? Большие дети не мочат штанишек. Ира снова насмешливо посмотрела на мальчика.  — Ты же сейчас наложишь кучу себе в подгузник — сказала она, — Точно так же, как любой грудной ребёнок. Интересно, что ты нам после этого скажешь.  — Смотри, как покраснел, — улыбнулась Алёна.  — Слушай, а может действительно вышла ошибка? — с напускной серьезностью обратилась ко второй нянечке Ира, — В нашу грудную группу отправили большого. Алёна тихонько захихикала, прикрывая рот рукой.  — Давай мы самого Колю спросим, — предложила Ира, — Кем ты себя считаешь? Маленьким или большим?  — Больши... — начал Коля и неожиданно осёкся, громко накакав себе в подгузник.  — Повтори еще раз. Я не расслышала, — со смехом попросила мальчика Ира. Коля не знал, что сказать девушке. Ему хотелось в этот момент только одного — провалиться под землю от смущения.  — Или ты хотел сказать нам что-то другое? — продолжала допытываться у смущенного мальчшки Ира, — Кое в чем признаться? Алена снова сдержанно захихикала.  — Давай, признавайся, — не отставала от Коли Ира, — Что ты только что сделал себе в подгузник? Мы слышали, как ты обкакался. Окончательно устыженный, Коля сдался и, подчиняясь еще одному позыву, пустил в подгузник горячую струю.  — Смотри, Ирка, — неожиданно показала рукой Алёна, — Все пеленки насквозь мокрые.  — Он уже и написать туда успел, — улыбнулась Ира, пощупав Колю в районе паха, — Что, Коля, решил всё сразу сделать, чтобы не терять времени? Ира оглянулась на настенные часы.  — Кстати, не думай, что твоё наказание на этом закончилось, — сказала она Коле, — Тебя еще предстоит полчаса полежать мокрым.  — Не слишком долго? — обеспокоенно спросила Иру Алёна.  — Нечего его жалеть! — заявила Ира, всунув Коле в рот соску. Нянечки развернулись и вышли из комнаты. Коля тихонько заплакал. Было обидно и неприятно лежать в мокрых пеленках. Первые минут десять он еще кое-как мог терпеть, но пелёнки начали быстро остывать, усилив и без того мучительный дискомфорт. Вскоре добавилось новое чувство — постепенно усиливающийся позыв по-маленькому. Коля неожиданно вспомнил, что у молока, которым его поили за завтраком, был точно такой же привкус, как у того, что было вчера на полдник.  — Ну как ты? — послышался наконец рядом Алёнин голос. Коля бросил быстрый взгляд на настенные часы — нянечка пришла на пять минут раньше, чем отведенные ему полчаса..  — Бедненький зайчонок, — ласково сказала Коле девушка, склонившись над его кроватью, — Я знаю, как тебе неудобно. Сейчас нянечка отнесет тебя на пеленальный стол и освободит от этих мокрых пеленок. Алёна опустила решетку Колиной кровати и не без труда взяла мальчика на руки. К счастью пеленальные столы были совсем рядом.  — Такой тяжелый, — сказала Алёна, уложив Колю на стол, — Еле донесла. Нянечка начала быстро разворачивать Колины пелёнки.  — Какое всё мокрое, — покачала головой Алёна, оставив мальчика в одном подгузнике, — Не считая того, что ты мне приготовил внутри подгузника. Алёна быстро развернула Колин подгузник.  — Ай-яй-яй, как обкакался, — улыбнулась она, — Ну ничего. Сейчас нянечка хорошенько подмоет малыша и он снова будет чистый. Давай вот так поднимем ножки вверх. А сейчас вытрем грязную попу подгузником. Нянечка начала быстро вытирать Колю между ягодиц чистыми концами марлевого подгузника.  — А теперь салфетками, — сказала она, вытащив на стол знакомую зеленую коробку, — Вот так. Сначала одной салфеткой. Теперь второй. Чужой палец неожиданно углубился в Колину чувствительную дырочку.  — Ой! — засмеялась Алёна, — Что случилось? Чего мы сразу так испугались? Да-да, дырочку тоже надо вытереть. Ты же оттуда какаешь. Взяв из коробки новую мокрую салфетку, Алёна начала протирать Коле мошонку.  — А что у нас вот тут? Маленький мешочек? — улыбнулась она, — Какой он сейчас грязный! Коля просто не мог терпеть острую щекотку.  — Что, решил подрыгать ножками? — усмехнулась Алёна, — В самом деле как грудной. Снова поменяв салфетку, нянечка продолжила старательно вытирать мальчика между ног  — Самое грязное вытерла, — сказала она через минуту, — Пора вытащить из-под тебя эти мокрые пеленки. Приподняв Колю за вытянутые ноги, Алёна вытащила из-под мальчика все пеленки.  — Теперь помоем спереди, — сказала она, опустив Колины ноги вниз. Алёна начала протирать Коле живот, постепенно спускаясь всё ниже и ниже.  — Какой у нас пухленький животик, — ласково улыбнулась девушка, — Сразу видно, что малыш хорошо кушает. Колю немного раздражало, что нянечка постоянно называла его малышом и вообще разговаривала с ним, как с грудным, но ласковая Алёна была разумеется намного лучше, чем бесцеремонная Ира.  — Надо обязательно вытереть складочки, — сказала девушка, щекотно протирая Коле лобок, — И конечно писюнчик. Сейчас мы его как следует помоем. Вот так, со всех сторон. И маленький хоботок тоже. По прежнему держа Колину письку своими пальцами, Алёна начала с улыбкой ее рассматривать. Восьмилетнему мальчишке хотелось провалиться под землю от смущения.  — Нехороший писюнчик! — шутливо принялась ругать Колину письку девушка, — Постоянно мочит Колины штанишки. И Коле из-за этого всегда попадает. От воспитательниц, нянечек, не говоря уже о маме. Ничего, у нас, в грудной группе, можешь хоть целый день мочить пеленки и никто тебе слова не скажет. Увидев, как Алёна взяла в руки бутылочку с детским маслом, Коля скривил лицо в предчувствии неприятной процедуры.  — Что ты на меня так смотришь? — улыбнулась Алёна, снова до отказа задрав Колины ноги, — Не знаешь, что всех малышей мажут между ножек детским маслицем? И маленького Коленьку тоже нужно помазать, чтобы у него не было опрелостей после мокрых пеленок. Чужая ладонь щекотно скользнула Коле между ягодиц.  — Вот так помажем попочку, — с той же ласковой улыбкой сказала Алёна, — И дырочку тоже. Хорошенечко ее смажем, что малышу было легче какать. Алёна, принялась массировать пальцем чувствительную Колину дырочку. Не удержавшись, мальчик громко пукнул.  — Что, мучают газики? — ласково спросила ребёнка Алёна, — Надо будет помассировать тебе животик. Снова взяв в руки бутылочку с детским маслом, Алёна полила им Колю между ног.  — Какие у нас кругленькие яички, — улыбнулась она, нестерпимо щекотно размазывая масло по Колиной мошонке, — Вот один шарик, а вот другой. Мучительно острая щекотка была последней каплей. Отчаянно дрыгая ногами, мальчик не выдержал и начал писать.  — Ой! — засмеялась Алёна, резко отдернув руку, — Кто пустил струйку? Коля продолжал писать, не зная куда деться от смущения.  — Быстренько положим у попы марлечку, — сказала Алёна, — Надо всегда держать ее наготове, когда подмываешь маленьких мальчиков. Алёна ... положила у Колиной попы толстый кусок марли.  — Всем известно, как малыши любят пускать во время подывания струйку, — улыбнулась она, — Особенно мальчики.  — Что, пустил фонтан? — засмеялась вошедшая в комнату Ира.  — Ничего страшного, — улыбнулась Алёна, — Я держу ему писюнчик, чтобы ничего себе не забрызгал. Посмеявшись с Алёной над Колиной струйкой, Ира пошла проверять лежащих в кроватях детей.  — Что ты так покраснел? — спросила Алёна, встряхивая Колину письку, — Ничего страшного. У малышей такое постоянно случается. Алёна опустила Колины ноги вниз и принялась мазать его детским маслом спереди — всё, что ниже пупка. Особое внимание Алёна, как и все нянечки до нее, уделила мальчишечьей письке.  — Помочь тебе пеленать мальчишку? — предложила Ира.  — Думаю, что в этот раз сама с ним справлюсь, — сказала Алёна. Подготовив соседний стол для пеленания, Алёна переложила туда Колю и начала быстро заворачивать ребёнка в пелёнки. Мальчик абсолютно не сопротивлялся, заслужив похвалу нянечки. В награду за хорошее поведение Алёна запеленала Колю намного свободнее, чем в прошлый раз. После этого нянечки вдвоем подняли Колю с пеленального стола и отнесли его в его кровать.  — Пожалуй, пора объяснить новенькому правила перевода в ясельную группу, — сказала Ира, поднимая решетку Колиной кровати. Коля заинтересованно взглянул на нянечку.  — Правил у нас всего два, — пояснила она, — Во-первых, нужно хорошо себя вести: слушаться нянечек, не капризничать и лежать тихо. А во-вторых, ты должен продемонстрировать, что больше не мочишь пеленок, как маленький.  — Нужно как минимум час пролежать сухим, — разъяснила второе правило Алёна. «Достаточно просто» — подумал Коля.  — После этого всем, у кого сухие пелёнки, предстоит выпускной экзамен, — продолжила Ира, — По результатам которого лучшего выпускника переводят в высшую группу.  — А что за экзамен? — поинтересовался Коля.  — Узнаешь, — загадочно улыбнулась Ира, — О! Забыла один важный момент. Выпускникам у нас положено усиленное питание: бутылочка молока каждые пятнадцать минут.  — Ну что, согласен участвовать? — спросила Колю Алёна, — Остальных это тоже касается. Хотите в ясельную группу?  — Молчание — знак согласия, — сказала Ира, — Сейчас я принесу молоко. Ира вышла из комнаты и, вернувшись через пару минут с четырьмя детскими бутылочками, принялась поить обитателей грудной группы тёплым молоком. Начала нянечка с Коли. У молока был знакомый лёгкий привкус. Догадавшись, что затеяли нянечки, мальчик обиженно подумал, что продержаться час сухим будет нелегко. Через пятнадцать минут нянечки снова принесли молоко. Быстро выпив свою бутылочку, Коля почувствовал быстро усиливающийся позыв по-маленькому. Еще через пятнадцать минут, когда мальчику принесли третью бутылочку, позыв писать был уже таким сильным, что Коля с трудом его терпел. Прошло еще пятнадцать минут.  — Ну что? — вопросительно посмотрела на Колю Алёна, — Будешь пить молоко или сдаешься? Коля молча кивнул и нянечка тут же сунула ему в рот детскую бутылочку. На этот раз мальчик пил очень медленно. Молоко в него просто не лезло, но хуже всего был мучительно острый позыв писать, который Коля почти не мог терпеть.  — Хочешь по-маленькому? — понимающе улыбнулась Алёна, — Надо потерпеть еще 15 минут. Иначе придется начинать всё сначала. Коля оглянулся по сторонам. Судя по напряженным лицам мальчишек в соседних кроватях они тоже из последних сил боролись с позывом писать. Ира неожиданно подошла к раковине и слегка приоткрыла кран. Наблюдая, как зачарованный, за журчащей струйкой, Коля представил, как он писает и чуть не намочил подгузник. Вовремя спохватившись, мальчик понял, что вредная Ира всё сделала специально — нянечка хотела, чтобы слушая журчание воды из крана, дети не могли думать ни о чем другом, кроме нестерпимого позыва писать.  — Через 15 минут экзамен, — напомнила мальчикам Ира перед тем, как покинуть комнату. Коля принялся гипнотизировать настенные часы. Четверть часа показалась мальчику вечностью. Особенно тяжело было последние пять минут. Коля уже собрался сдаться и написать в подгузник, когда услышал приближающиеся голоса Иры с Алёной.  — Готовы к выпускному экзамену? — спросила с порога Ира. Нянечки принялись разворачивать лежащих в кроватях мальчиков.  — Как у тебя? — спросила Ира у Алёны через минуту.  — Вася мокрый, — сообщила Алёна, — А Коля кажется сухой. Сейчас я доберусь до его подгузника. Алёна развернула Колин подгузник и довольно улыбнулась. Вспомнив, что он лежит в одной короткой распашонке, Коля смущенно покраснел.  — Сухой! — крикнула она второй нянечке.  — А у меня оба сухие, — сказала Ира, — С твоим получается три. Такое у нас впервые. Обычно от силы двое остаются сухими.  — Молодцы, — похвалила детей Алёна, — Но это еще не все. Хорошие мальчики не только не мочат пелёнок. Их никогда не нужно уговаривать сходить по-маленькому, когда положено. Поэтому сейчас каждый из вас должен продемонстрировать, как нужно писать, когда его об этом просят. А победителем станет тот, кто выше всех пустит струйку.  — Вот такой у нас сегодня выпускной экзамен, — засмеялась Ира, — Ну что, Алён, несем их на столы?  — Слушай, а куда мы их троих уложим? — задумалась Алёна, — Столов-то всего два.  — Точно, — согласилась Ира, — Надо что-то придумать. Сосредоточенно наморщив лоб, Ира неожиданно хитро ухмыльнулась и, подойдя к Алёне, что-то зашептала ей на ухо. Полминуты Алёна внимательно слушала вторую нянечку, после чего обе громко расхохотались.  — Такая ты, Ирка, вредная, — со смехом сказала Алёна, — Но по другому проблему со столами, боюсь, не решить. Ира сделала серьезное лицо и снова обратилась к мальчикам.  — С сегодняшнего дня у нас будет дополнительная проверка перед переводом в ясельную группу, — объявила она, — Ребенок должен быть абсолютно здоров. У грудных малышей это в первую очередь касается состояния кожи между ножек. С опрелостями в ясельную группу не берут. Нянечки подошли к Колиному соседу.  — Не бойся, — улыбнулась Алёна, наклонившись к лежащему в кровати мальчику, — Мы просто хотим пощупать тебя между ножек. Давай поднимем их вверх. Вот так. Алёна задрала голые детские ноги вверх и кивнула Ире.  — Такое подозрительное красное пятнышко, — сказала та, внимательно рассматривая ребёнка.  — Какое пятнышко? — удивилась Алёна.  — Вот это! — сказала Ира, толкнув Алёну локтем в бок, — Вот тут, за мошонкой.  — Ах, это! — с притворной серьезностью согласилась Алёна, — Дай мне потрогать. Коля заметил, что обе еле сдерживаются, чтобы не расхохотаться.  — А тебе не кажется, что у малыша еще не полностью опустились яички? — неожиданно повернулась к Алёне Ира, — Надо пощупать. Ира принялась трогать мальчику мошонку.  — Как мы боимся щекотки, — засмеялась Алёна и словив мелькавшие в воздухе детские пятки, зажала мальчишке ноги.  — Вроде всё в порядке, — улыбнулась Алёна, продолжая щупать мальчику мошонку, — Вот одно яичко, а вот второе. Неожиданный взрыв хохота заставил Колю вздрогнуть.  — Ай-яй-яй!...  — улыбнулась Алёна, — Кто-то пустил струйку.  — Ничего себе фонтан! — засмеялась Ира.  — Что же ты так? — сочувственно спросила мальчика Алёна, — Не дотерпел до выпускного экзамена.  — Да-а, — протянула Ира, — Похоже рановато переводить Дениса в ясельную группу.  — Хорошо, что у него был под попой марлевый подгузник, — сказала Алёна, — Почти всё впитал.  — Всё равно придётся поменять простыню, — вздохнула Ира. Алёна осторожно опустила ноги мальчика вниз.  — Пошли, — потянула ее за рукав Ира, — Потом с мокрыми разберемся. Сейчас важнее двое сухих. Нянечки перенесли Колю c Мишей на пеленальные столы.  — Мальчишки так забавно лежат рядом, — улыбнулась Алёна, — Ну что покраснели? Такие стеснительные. Алёна мягко убрала Колины руки, которыми он пытался прикрыться.  — Привет! — неожиданно послышался со стороны двери молодой голос. Коля узнал Настю — одну из вчерашних практиканток.  — Привет! — улыбнулась в ответ Ира, — Тебя-то нам и не хватало. Будешь судьёй.  — Кем? — недоуменно уставилась на Иру Настя. Ира с Алёной принялись рассказывать практикантке про «выпускной экзамен».  — Ну вы даёте! — засмеялась Настя, — Хорошо, буду у вас судьёй. Нянечки подошли к пеленальным столам — Алёна к Колиному, а Ира — к Мишиному.  — Поднимем ножки вверх, — сказала Алёна, поднимая Коле ноги, — Вот так, повыше — чтобы ты себе ничего не забрызгал. А теперь поставим у попы горшок. Повернув голову, Коля увидел, что Ира уложила Мишу в такую же позу с задранными вверх ногами.  — Чего вы ждёте? — нетерпеливо сказала Ира, — Писайте!  — Что, стесняются? — засмеялась Настя. Несмотря на то, что Коля почти не мог терпеть мучительно сильный позыв, он действительно стеснялся при всех писать. Взглянув на соседний пеленальный стол, Коля заметил, что Мишино лицо тоже было красным от смущения.  — Наверное передумали, — улыбнулась Ира, — Хотят еще на пару часов у нас остаться.  — В самом деле передумали? — спросила Алёна, — Тогда мы вас сейчас снова запеленаем. Замечания нянечек оказали нужный эффект и Миша пустил вверх сильную струю.  — Какой молодец! — улыбнулась Алёна и выжидающе посмотрела на Колю. Коля тяжело вздохнул и тоже начал писать.  — Давай, давай! — азартно посмотрела на Колю Алёна, — Сильнее тужься. Тогда струйка будет выше.  — А мой смотри, как старается! — засмеялась Ира, — Давай, Миша. Ага, вот так. Еще выше! Нянечки принялись подгонять писающих мальчиков — каждая разумеется болела за своего. Неожиданно с Мишиной стороны послышались другие звуки.  — Так тужился, что наложил кучу, — со смехом сказала Ира и все девушки дружно расхохотались.  — Всё равно у моего струйка была выше, — гордо заявила Алёна  — Сейчас судья объявит победителя, — сказала Ира, вопросительно посмотрев на Настю.  — Колин фонтанчик действительно был выше, — подтвердила Настя, — Сантиметров на пять если не больше.  — Поздравляю! — сказала Коле Алёна, — Можешь слезать вниз.  — Отведешь мальчишку в ясельную группу? — попросила Настю Ира.  — Прямо так? — улыбнулась Настя, — В одной распашонке?  — Там его сразу переоденут в маечку и ползунки, — сказала Алёна. Настя взяла Колю за руку.  — Пока, Коля! — помахала мальчику рукой Алёна.  — Мне почему-то кажется, что он будет у нас частым гостем, — засмеялась Ира. Попрощавшись с нянечками, Настя повела Колю в ясельную группу.  — Привела к вам еще одного, — объявила практикантка, войдя в зал ясельной группы.  — Из грудной группы? — усмехнулась Ксюша, — Только там носят такие распашонки.  — Мне сказали, что вы сразу оденете ребенка в свою одежду, — вспомнила Настя.  — Оденем, но не сразу, — загадочно улыбнулась Ксюша, — Помоги мне поднять ребенка на пеленальный стол. Ксюша с Настей подняли Колю на стоящий рядом пеленальный стол. Повернув голову, Коля увидел, что соседние столы были заняты двумя раздетыми догола мальчишками.  — Давай снимем эту распашонку, — сказла Коле Ксюша и быстро сняла с него короткую рубашечку, оставив мальчика совсем голышом, — А теперь тоже ложись на спинку. Вот так. Коля недоумевал, что затеяла Ксюша.  — Сейчас займемся с ними детской гимнастикой, — пояснила Ксюша Насте, — Потом массаж и закаливающие процедуры: воздушные ванны, влажные обтирания и т. д. К пеленальным столам подошли остальные нянечки ясельной группы: Оля с Ларисой. Выбрав себе по ребенку, нянечки начали делать с мальчиками гимнастику. Коля достался Ксюше.  — Разводим ручки в стороны, — ласково сказала Ксюша, взяв Колины руки, — Вот так.  — Это же гимнастика для самых маленьких! — засмеялась Настя.  — А ты какую предлагаешь с ясельным детьми делать? — обернулась на практикантку Оля.  — Точно, — улыбнулась Настя, — Это же ясельная группа. Нянечки продолжили гимнастику. Раздетому догола Коле хотелось провалиться под землю от смущения. Это чувство преследовало Колю всю неделю — смущение, переходящее в стыд. Наконец наступило долгожданное воскресенье — родительский день. Всех детей собрали в зале ясельной группы. Коля лениво наблюдал за возней нянечек у неизвестно откуда появившегося пианино. Девушки суетились вокруг импровизированной сцены, украшая ее для предстоящего утренника. Коля с самого утра томился в ожидании мамы. Мальчишка просто не сомневался, что она заберет его из ненавистной клиники, как и обещала неделю назад.  — Мама! — радостно закричал Коля, заметив вошедшую в зал Ольгу. Мальчик подбежал к маме и крепко ее обнял.  — Коленька! — улыбнулась Ольга, поцеловав сына, — Ну рассказывай, как ты провел тут неделю. Коля стеснительно опустил взгляд. Рассказывать, что с ним всю неделю бесцеремонно обращались, как с малышом, восьмилетнему мальчишке совсем не хотелось.  — Так вот как вас здесь одевают, — удивилась Ольга, оглядев сына с головы до ног Вспомнив, что всех сегодня одели «нарядно» — в одинаковые голубые майки и белые колготки, Коля смущенно покраснел. Впрочем, оставаться в этой одежде ему оставалось от силы минут пять. Мальчик вопросительно посмотрел на маму, не понимая, чего она ждет.  — Надеюсь, они тебя сегодня выпишут, — задумчиво сказала Ольга, словно читая Колины мысли, — Хотела поговорить с главврачом пять минут назад, но она была занята. Сказала зайти к ней после утренника. Коля с обидой понял, что ему всё таки придется участвовать в унизительном утреннике, причем самое ужасное — в присутствии мамы.  — У вас тут и вправду всё, как в детском садике, — с улыбкой заметила Ольга, осмотревшись по сторонам, — Особенно одежда.  — Ага, — засмеялась стоящая рядом незнакомая женщина, — Так непривычно видеть больших детей в детсадовской одежде. Подойдя к небольшой группе мам, Ольга присоединилась к обсуждению клиники. В-основном все тихонько посмеивались над детсадовской формой одежды, горшками и прочей ясельной атрибутикой....   — Неужели они заставляют таких больших пользоваться горшками? — удивилась одна из мам.  — А чем, Вы думаете, мы тут занимаемся? — засмеялась проходившая мимо воспитательница старшей группы, — Заново приучаем всех к горшку.  — К туалету, — поправила другая мама.  — Нет, именно к горшку, — возразила Елена Владимировна, — Сейчас я Вам продемонстрирую. Который из них Ваш?  — Вон тот, — показала рукой женщина.  — Витя? — улыбнулась воспитательница, — Признаться, намучились мы с ним в первую неделю, но после второй — значительный прогресс. Елена Владимировна подозвала к себе Ксюшу и что-то шепнула той на ухо. Сходив к большому стеллажу, нянечка принесла оттуда эмалированный детский горшок. Обступившие воспитательницу мамы сдержанно захихикали.  — Витюша! — ласково позвала Елена Владимировна стоящего в сторонке девятилетнего мальчишку, — Быстренько иди сюда! Витя неохотно подошел к воспитательнице.  — Покажешь маме, чему тебя у нас научили? — улыбнулась Елена Владимировна, показав рукой на горшок. Догадавшись, о чем его просит воспитательница, мальчик густо покраснел.  — Ну что ты стоишь и молчишь? — спросила мальчишку Елена Владимировна, — Снимай колготки и писай в горшок.  — Как стесняется, — улыбнулась одна из мам. Устав ждать, воспитательница присела перед Витей на корточки и быстро стянула с мальчика белые колготки.  — У вас все ходят без трусов? — с улыбкой поинтересовалась одна из мам.  — Какие трусы! — засмеялась другая мама, — Они же всех одевают, как ясельных. Послышался сдержанный смех.  — Как мы сейчас пописаем в горшочек, — ласково улыбнулась Вите воспитательница. Все мамы с интересом уставились на мальчика, ожидая дальнейшего развития событий.  — Ну вот, — разочарованно сказала Елена Владимировна, — Всю неделю так хорошо себя вёл. Не капризничал, не мочил штанишек... А сейчас что случилось? Хотела порекомендовать тебя к выписке, но похоже рано. Витя тяжело вздохнул и взяв в руки свою маленькую письку, пустил в горшок слабенькую струйку.  — Какой молодец, — похвалила мальчика Елена Владимировна.  — Всё-таки решил показать маме, как ты умеешь писать в горшочек, — улыбнулась стоящая рядом с воспитательницей Ксюша.  — Такой смешной мальчуган, — сказала одна из мам, — Сколько ему? Восемь?  — Девять, — ответила Витина мама.  — Это ж надо, — засмеялась еще одна мама, — Заставили девятилетнего пописать при всех в горшок.  — Лучше так, чем себе в штанишки, — усмехнулась другая. Представив, что на Витином месте мог оказаться он, Коля покраснел от смущения.  — Пописал? — с улыбкой спросила Витю Ксюша, заметив, что детская струйка иссякла, — Что теперь нужно сделать? Правильно, встряхнуть писюнчик. Со стороны мам снова послышалось сдержанное хихиканье.  — Вот так, молодец, — улыбнулась Ксюша, — Теперь, когда писюнчик сухой, можно одевать колготки. Справишься сам или тебе помочь?  — Сам, — смущенно буркнул Витя. Взяв у Ксюши свои колготки, мальчик начал их впопыхах натягивать.  — Елена Владимировна! — раздался из другого конца зала Машин голос.  — Сейчас иду! — отозвалась воспитательница, направившись быстрым шагом к импровизированной сцене, — Что, уже всё готово? Сейчас начнём утренник.  — Коля! Витя! — громко позвала мальчиков Маша, — Идите сюда! Коля с Витей поплелись к нянечке, строившей детей возле пианино.  — Становись сюда, — сказала Маша Коле, — А ты, Витя, будешь во втором ряду. Залезай на стул. Повернувшись вправо, Коля заметил Веру Андреевну. Та перешептывалась о чем-то с Надей. Коле показалось, что он услышал свое имя.  — Значит только им двоим? — с улыбкой переспросила главврача Надя, — Сейчас отведу их в процедурную. Надя подошла к Коле и взяла его за руку.  — Пошли в процедурную, — сказала она. У Коли всё сжалось внутри от упоминания процедурной. Мальчик в отчаянии оглянулся на маму — та смотрела в другую сторону, беззаботно болтая о чем-то с одной из нянечек.  — Алёша! — позвала Надя второго мальчика, — А ну-ка иди сюда! Дождавшись, когда к ней подойдет Алёша, медсестра тоже взяла его за руку и повела обоих мальчишек в процедурную. Там Надя сразу заперла дверь, словно боялась, что мальчики от нее убегут.  — Залезай на стол и ложись на спинку! — приказала она Коле. Коля послушно залез на пеленальный стол.  — Что ты расселся? — прикрикнула на него медсестра, — Не слышал, что я сказала? Лечь на спину! Вот так. А теперь спустил колготки! Густо покраснев, Коля потянул вниз белые колготки.  — Еще ниже! — приказала Надя, — До коленок. Достав из кармана халата хорошо знакомую Коле коробку со слабительными свечками, Надя сразу же задрала Колины ноги вверх. Прекрасно понимая, что за этим последует, мальчишка еле сдерживался, чтобы не заплакать от обиды. Послышался шелест фольги и медсестра с улыбкой продемонстрировала Коле белую свечку. В следующую секунду эта свечка уже была у мальчика в попе.  — Натягивай колготки и слезай со стола, — сказала Коле Надя, — Сейчас займусь твоим другом. С Алёшей медсестре пришлось возиться на пару минут дольше, потому что мальчишка отчаянно сопротивлялся. В наказание Надя засунула ему в попу сразу две слабительных свечки.  — Бегите у зал ясельной группы! — приказала детям Надя, — Вас там все ждут, чтобы начать утренник. Мальчики вышли из процедурной. У обоих была неестественная скованная походка.  — Ну наконец-то! — сказала сидящая за пианино Елена Владимировна, увидев вошедших в зал Колю с Алёшей, — Быстренько становитесь к остальным! Вот сюда, в первый ряд. Елена Владимировна положила руки на клавиши пианино и заиграла веселую детскую песенку.  — От улыбки станет всем светлей, — дружно запели мальчики. Алёша обкакался почти сразу, во время первого куплета.  — Ничего себе! — удивилась одна из мам, показывая на мальчишку, — Неужели обкакался?  — Еще как! — шёпотом ответила ей другая, — Наложил полные колготки. Видите, как они у него отвисли под попой?  — Точно, — согласилась первая мама.  — Он еще и описался! — добавила третья мама.  — А как покраснел, — улыбнулась еще одна мама, — Это Ваш?  — Мой, — смущенно призналась ее соседка, лицо которой было в этот момент еще краснее, чем у сына. Главврач что-то быстро шепнула Ларисе и та забрала Алёшу. Коля проводил их взглядом — разумеется нянечка повела Алёшу к пеленальным столам. Удивительно, но воспитательница продолжала невозмутимо играть на пианино, словно ничего не случилось. Вслед за первой песенкой Елена Владимировна сразу же начала вторую — про голубой вагон. Как Коля ни напрягался, ему удалось продержаться только до третьего куплета.  — Скатертью-скатертью дальний путь стелется, — успел пропеть мальчишка и не в силах больше терпеть, наложил в колготки большую кучу.  — Смотрите, еще один обкакался, — шёпотом сказала одна из сидящих в первом ряду мам.  — Да что с ... ними творится! — удивилась вторая. Окончательно сдавшись, Коля начал писать, но снова услышав смех и комментарии сидящих в первом ряду мам, сделал усилие и остановился. Мальчику хотелось провалиться под землю от смущения.  — Сейчас я его подмою и переодену, — сказала Маша, направившись к Коле, но Вера Андреевна ее остановила.  — Ты можешь заставить его... — попросила главврач нянечку. Дальше Коля не расслышал, потому что Вера Андреевна перешла на шёпот.  — Хорошо, попробую, — со смехом кивнула главврачу Маша и отправилась к Коле. Взяв мальчика за руку, нянечка повела его через весь зал к стоящим в ряд трём пеленальным столам. Заметив, что сзади пристроилась его мама, Коля густо покраснел.  — Как не стыдно! — сказала сыну Ольга, — Это ж надо было так при всех обкакаться!  — Ничего страшного, — улыбнулась Маша, — Мы к подобному уже привыкли. Нянечка подвела Колю к пеленальным столам.  — Ваш тоже обкакался? — поинтересовалась у Ольги Алёшина мама, наблюдающая, как Лариса подмывает ее девятилетнего сына.  — Разве не видно! — улыбнулась Маша.  — Смотри, Машка, новые зрители, — неожиданно засмеялась Лариса, кивнув на направляющуюся к пеленальным столам группу мам.  — Это те, которым не хватило стульев, — вспомнила Маша, — Конечно, двое обкакавшихся мальчишек намного интереснее утренника. Нянечки тихонько засмеялись.  — Залезай на стол! — приказала Коле Маша. Дождавшись, когда Коля заберется на пеленальный стол, нянечка сразу же начала его раздевать.  — Какой грязный! — ахнула одна из подошедших мам после того, как Маша сняла с Коли колготки.  — Ничего себе обкакался! — сказала вторая. Покраснев еще больше, Коля потянул вниз короткую майку, пытаясь прикрыться ей между ног.  — Ты не успокоишься, пока не порвешь свою маечку, — улыбнулась Маша, — Давай-ка ее тоже снимем. Нянечка сняла с Коли майку, оставив его совсем голышом. Восьмилетнему мальчику еще никогда в жизни не было так стыдно. Подумать только — девчонка-старшеклассница бесцеремонно раздела его при всех догола. Не говоря уже о том, что юная нянечка собралась в присутствии мамы подмывать его как малыша.  — Сначала вытрем попу колготками, — сказала Маша, принявшись вытирать Колю между ягодиц, — Вот так. А теперь ложись на спинку. Происходящее казалось Коле таким нереальным, что он ущипнул себя за бок, пытаясь «проснуться» от кошмарного сна. Пробуждения не наступило. Он по-прежнему лежал голышом на пеленальном столе перед симпатичной старшеклассницей. На соседнем столе другая нянечка возилась с таким же раздетым догола мальчишкой. И все это под звуки задорной детской песенки.  — Начнём с попы, — сказала Маша, задирая Колины ноги вверх. Нянечка быстро вытерла Колю мокрой салфеткой между ягодиц, не забыв углубиться в его дырочку.  — А сейчас вытрем вот тут, — улыбнулась она, взяв новую салфетку. Прикосновение холодной салфетки заставило Колю поежиться от неприятной щекотки.  — Мальчиков всегда нужно хорошенько мыть за яичками, — пояснила Маша стоящей рядом Колиной маме, — Особенно после того, как ребёнок обкакался. Видите, как у Вашего сейчас там так грязно? Взяв из коробки очередную мокрую салфетку, Маша просто накинула ее на Колину мошонку.  — И конечно вытрем этот маленький розовый мешочек, — сказала она, принявшись нестерпимо щекотно протирать мальчику мошонку, — Вот так, со всех сторон. Задрожав от нестерпимой щекотки, Коля, как обычно, задрыгал ногами.  — Совсем, как маленький, — улыбнулась одна из мам.  — И не говорите, — засмеялась другая, — Так смешно дрыгает ножками.  — Моего, когда был малышом, вообще невозможно было удержать, — вспомнила первая мама, — Так сопротивлялся и вырывался во время подмывания. Только вдвоем и можно было с ним справиться. Обычно мне помогала младшая сестра — держала ребёнка, пока я вытирала его между ножек. Или наоборот — я держала, а она вытирала. Вынужденный терпеть неприятную щекотку, Коля начал подозревать, что нянечка его просто дразнит. Неожиданно напомнил о себе позыв писать, который он с трудом подавил после того, как обкакался.  — Ну что? — шутливо спросила Колю Маша, отложив салфетку в сторону, — Больше не хочешь дрыгать ножками? Можно опускать их вниз? Нянечка опустила Колины ноги вниз и, взяв новую салфетку, быстро вытерла ему лобок.  — А сейчас хорошенечко вытрем писюнчик, — улыбнулась она, приподняв Колину письку, — Сначала вот так, снаружи. А теперь под кожицей. Мальчикам постарше обязательно нужно там мыть. Девушка снова повернулась к Колиной маме.  — Кстати, теперь у Коли кожица оттягивается намного лучше, — сказала Маша Ольге, демонстрируя той маленькую письку ее восьмилетнего сына, — Наши медсестры всю неделю делали ему специальную процедуру. Совсем немножко осталось, чтобы полностью открыть ребёнку писюнчик. Колино лицо было таким красным, что мальчишке казалось, что оно сейчас вспыхнет, как их красивый камин в гостиной.  — Моему тоже недавно назначили эту процедуру в детской поликлинике, — вспомнила одна из мам, — Она на самом деле такая простая. Сажаешь ребёнка на десять минут в тазик с тёплой водой, чтобы распарилась кожа и потом разминаешь ему писульку, периодически смазывая самый кончик детским маслом.  — И я своему это делала пару лет назад, — сообщила другая мама, — Целый месяц пришлось возиться, чтобы полностью открыть головку. Прекратив наконец неприятные манипуляции с Колиной писькой, Маша закрыла коробку с мокрыми салфетками.  — Быстро ты с ним справилась, — заметила Ольга.  — Это еще не все, — улыбнулась Ольга, — Ребенка нужно помазать детским кремом.  — Такого большого? — удивилась одна из мам, — Зачем его мазать детским кремом, как малыша?  — Боишься, что у мальчишки в этом возрасте появятся опрелости? — иронично спросила у Маши другая мама. Послышались сдержанные смешки.  — Мы всех мажем, — объяснила Маша, достав из ящика стола голубой тюбик, — Раз подмываем ребенка, как маленького, надо всё делать по правилам.  — Конечно, всё должно быть по правилам, — со смехом согласилась одна из мам, — У вас же тут самые настоящие ясли. Мамы с нянечками дружно засммеялись.  — Хорошенечко помажем животик, — ласково улыбнулась Маша, щекотно дотронувшись пальцами до Колиного живота, — Вот тут снизу. А теперь складочки. Маша выдавила на указательный палец немного крема.  — Писюнчик мазать не будем, — сказала она, — Просто обведем вокруг. Вот так. Нянечка одним рывком задрала вверх Колины ноги.  — Теперь попу, — сказала Маша, — Вот тут, между ягодичками. И дырочку тоже. Почувствовав, как чужой палец бесцеремонно углубился в его чувствительную дырочку, Коля испуганно вздрогнул.  — Что у нас осталось? — улыбнулась Маша, выдавливая на кончики пальцев щедрую порцию белого крема, — Вот этот маленький мешочек? Нянечка начала нестерпимо щекотно мазать Коле кремом мошонку.  — Чьи это кругленькие яички? — шутливо спросила она смущенного мальчика.  — Опять задрыгал ножками, — засмеялась одна из мам.  — Все мальчишки так боятся ... щекотки, — с улыбкой пояснила Маша. Зажав Коле ноги, чтобы он ими не дрыгал, Маша снова занялась детской мошонкой. Весь дрожа от мучительно острой щекотки, Коля почувствовал, что больше не может контролировать свой мочевой пузырь и, окончательно сдавшись, начал писать.  — Вот это сюрприз! — засмеялась одна из мам.  — Ничего себе пустил фонтан! — улыбнулась вторая. Вынужденный слушать охи и ахи стоящих рядом мам, Коля не знал, куда деться от смущения.  — А нянечка молодец, не растерялась, — заметила Алёшина мама, — Сразу подложила мальчишке под попу марлю.  — Когда подмываешь мальчика, нужно всегда держать наготове марлю, — объяснила Маша.  — Даже такого большого? — улыбнулась одна из мам, — Мой в последний раз устраивал нечто подобное в двухлетнем возрасте.  — Когда Коля был совсем малышом, он очень часто пускал фонтаны во время подмывания, — вспомнила Ольга, — Но сейчас я от него этого абсолютно не ожидала.  — Как видите, даже с детьми постарше это случается, — улыбнулась Маша, стряхивая с Колиной письки на марлю последние капли.  — Мальчики у нас частенько устраивают подобные фонтаны, — подтвердила Лариса.  — Ничего страшного, — сказала Маша, — Подумаешь, пописал. Главное, что он ничего себе не забрызгал. Убрав у Коли из-под попы мокрую марлю, Маша опустила его ноги вниз и куда-то ушла. Вспомнив, что он голый, Коля смущенно прикрылся между ног.  — Такой стеснительный, — улыбнулась одна из мам, — Сколько ему?  — Восемь, — ответила Ольга, — Просто не знаю, что с ним сегодня. Сначала куча в колготках, теперь этот фонтан. С Колей никогда такого раньше не было.  — Наверное ясельная обстановка располагает, — пошутила другая мама и все дружно засмеялись. Мамы обидно обсуждали Колю, как маленького, еще пару минут, пока к столу не вернулась Маша.  — Садись, — сказала она Коле, — Сначала оденем маечку. Подними вверх ручки. Вот так, молодец... А теперь колготки. Быстро натянув на Колю белые колготки, нянечка скомандовала мальчику слезать со стола.  — Совсем забыла, — неожиданно повернулась она к Ольге, — Вера Андреевна просила передать, что хочет с Вами побеседовать. Можете зайти к ней с ребенком?  — Прямо сейчас? — спросила Ольга  — Ага, — кивнула Маша,. «Ну наконец-то, — обрадованно подумал Коля, — Сейчас меня выпишут»  — Пошли, — сказала Ольга, потянув сына за руку. Ольга с Колей поднялись на третий этаж и подошли к нужной двери. Ольга уже собралась постучаться, когда дверь неожиданно отворилась. Посторонившись, чтобы пропустить выходящую из кабинета женщину, Коля с удивлением узнал в ней Алёшину маму. Вслед за ней из кабинета вышел и сам Алёша. Увидев его мокрое от слёз лицо, Коля сразу насторожился.  — Заходите, заходите! — приветливо позвала из глубины кабинета Вера Андреевна. Коля зашел вслед за мамой в кабинет.  — Присаживайтесь, — улыбнулась главврач. Набрав что-то на клавиатуре компьютера, Вера Андреевна на полминуты уткнулась в экран.  — Ну что мне Вам сказать, — перевела она наконец взгляд на Ольгу, — Прогресс определенно есть, но выписывать пока рановато. Вы же сами видели, как ребёнок недавно обкакался. Не говоря уже о том, что Коля устроил, когда нянечка его подмывала.  — Вам уже и об этом успели доложить? — улыбнулась Ольга.  — Как Ваш сын пустил струйку во время подмывания? — засмеялась Вера Андреевна, — Конечно нянечка, которая с ним возилась, мне обо всем рассказала. Давайте сделаем так: оставим ребёнка у нас еще на неделю, а там посмотрим. У Коли всё опустилось внутри. Он выжидающе посмотрел на маму, гадая, согласится она с Верой Андреевной или нет.  — Вам виднее, — вздохнула Ольга. Коля еле сдерживался, чтобы не заплакать.  — Думаете, мне его не жалко? — виновато улыбнулась Вера Андреевна, — Конечно ребёнок соскучился по дому. Но нужно довести лечение до конца.  — Да, да, я понимаю, — кивнула Ольга.  — Значит решили? — уточнила врач, — Оставляете ребенка у нас еще на неделю? Сейчас посмотрим ваш баланс, — Вера Андреевна щелкнула мышкой, — Прошлая неделя оплачена. Так неудобно разговаривать о деньгах...  — Я помню, что у вас предоплата, — улыбнулась Ольга, вытащив из сумочки белый конверт.  — Спасибо, — кивнула главврач, взяв у Ольги деньги. Ответив на несколько Ольгиных вопросов, Вера Андреевна попрощалась с женщиной. «У этого обошлось без истерики» — только успела облегченно вздохнуть она, закрыв за Ольгой и ее сыном дверь, как из коридора раздался громкий детский плач.  — Мама, ты обещала! — надрывался Коля, — Хочу домо-ой!  — Сейчас же успокойся, — строго сказала Ольга, — Ты слышал, что сказала Вера Андреевна. Она здесь решает, кого выписать, а кого оставить. Голоса за дверью начали постепенно удаляться. Разорвав оба лежащих на столе конверта, главврач принялась пересчитывать купюры. За этим занятием ее и застала воспитательница старшей группы.  — Привет, Лена, — улыбнулась главврач, — Закончили утренник?  — Закончили, — ответила Елена Владимировна Воспитательница уселась в кресло перед столом главврача.  — Что, Вера Андреевна? — засмеялась она, — Столько денег, что не сосчитать?  — Только что двух мамаш развела, — объяснила главврач, — Заплатили за вторую неделю.  — Я даже не буду гадать, кто, — засмеялась воспитательница, — Мамы двоих обкакавшихся мальчишек? И не надоело Вам, Вера Андреевна, устраивать по воскресеньям один и тот же спектакль с грязными штанишками?  — После наглядной демонстрации всегда проще уговорить, — улыбнулась главврач.  — Кстати, у нас никто меньше двух недель не проводит, — заметила воспитательница, — Хотя мне кажется, одной было бы достаточно.  — Им одного дня у нас достаточно, — засмеялась главврач, — Они пребывание здесь навсегда запомнят.  — Зачем же мы тогда всех так долго держим? — удивилась воспитательница.  — Как это зачем? — улыбнулась Вера Андреевна, демонстрируя воспитательнице деньги, — Зарплату получать любишь? То-то! Ты за наших клиентов не беспокойся. У них денег хватит. Ты же видела сегодняшний родительский контингент — типичные жены новых русских. Кто еще кроме этих расфуфыренных дамочек будет подобной фигнёй страдать — платить за приучение ребенка к горшку? Не говоря уже о том, что только у их избалованных детей могут быть подобные проблемы — памперсы в школьном возрасте. Самим детям, кстати, тоже полезно на время сменить обстановку. А то привыкли, что с ними всю жизнь няньчатся и исполняют все желания. Поболтав с главврачом еще пару минут, воспитательница вышла из кабинета. Вера Андреевна встала из-за стола и отнесла деньги в потайной сейф. «Все-таки классная это была идея — основать подобную клинику, — подумала она, — Расходы совсем небольшие, мощным потоком прёт богатая клиентура... новые русские» Вера Андреевна довольно улыбнулась — материально она была почти там, на уровне новых русских. «Только машины у них подороже, — усмехнулась главврач, — Надо и мне что-нибудь посолиднее» В последнее время Вера Андреевна была очень недовольна своей машиной — троечкой БМВ. Закончилась гарантия и капризная баварская техника сразу же начала ломаться — то климат-контроль откажет, то центральный замок. «Пора покупать новую — улыбнулась главврач, — В этот раз джип: Ауди или БМВ. Заработала. Это ж надо — так за пять лет подняться. « Пять лет назад она об этих машинах и думать не могла. Не говоря уже о квартире в престижной высотке. «Пора домой, — подумала Вера Андреевна, — Шестилетний сын без нее конечно скучает. Еще бы, видит маму только по выходным. Работа, работа, работа... Нелегко совмещать семейную жизнь и бизнес. Особенно одинокой матери». Вера Андреевна набрала домашний номер.  — Привет, Валя, — поздоровалась она, услышав в трубке голос няни — двадцатилетней девушки, которая уже несколько лет фактически у них жила, — Ну как там Саша? Что? Обкакался? И памперсы у вас закончились? Хорошо, по дороге домой куплю. КараПуз Июнь 2008